Сам себе писатель - Самописка.ру

Вы 7161-й посетитель этой странички
Страничка была создана (обновлена): 2010-04-12 16:30:05



Секс в средневековье и возрождении (Реферат)



Автор: Подкова



СЕКС (лат. sexus — пол) — культурный феномен

взаимоотношений полов, фундированный биологическим

инстинктом продолжения рода, но выходящий далеко

за его пределы, покрывая широкий ареал

межличностных экзистенциально интимных и

социально-психологических отношений.

Новейший философский словарь.



Думаю, у каждого свое понимание секса, поэтому я сделала такой эпиграф, который, пожалуй, наиболее подходит к рассмотрению вопроса секса в эпоху Средневековья и эпоху Возрождения. В дальнейшем, употребляя в реферате слово «секс», я буду подразумевать именно это определение.

При изучении этого вопроса, мне все чаще приходило на ум, что человечество в эпоху Средневековья, а затем Возрождения похоже на подростка в период примерно от 11 до 16 лет.

В «Песни о Роланде» трудно найти даже намек на секс. Единственное, за что можно зацепиться, это меч Роланда. Сразу приходит на ум строки из песни Розенбаума: «Только шашка казаку во степи подруга, только шашка казаку в степи жена». В смысле сексуальной патологии это очень интересный момент, но, мое мнение, что строку из песни можно рассматривать «По Фрейду», а вот для Роланда, я думаю, его меч не нес никакой смысловой нагрузки с точки зрения сексуальности даже подсознательно. Конечно, я не являюсь специалистом в психологии. Но думаю, что Роланд вообще в историческом плане еще слишком молод для такого рода психических отклонений. Его меч – это исключительно орудие убийства, без всяких примесей. Роланд и не думает о дамах. И это нормально для него. Он мальчишка, все мысли которого направлены на уличные драки и общение с друзьями. В эпоху Роланда (я имею в виду исторические события, а не саму песню) понятие о сексе даже не зарождалось. На тот момент это был акт, никак не связанный с любовью. Это было необходимое унижение. Унижение, так как для людей это было странно, непонятно, возможно, даже противно. А необходимое, потому что только так можно продолжать род.

Это напоминает фильм «Планета К-Пэкс» с Кевином Спейси в главной роли. Так и не остается решенной загадка, главный герой фильма – свихнувшийся из-за ужасной трагедии в жизни человек или инопланетянин с планеты К-Пэкс. Главный герой, рассказывая о совокуплении на своей планете, говорит, что это «похоже на невыносимую пытку, а оргазм доставляет страшную боль, как будто яйца сдавливают клещами». Это похоже на секс в раннем Средневековье.

Далее я приведу историю, прочитанную мной на одном сайте. Не могу быть уверенной в точности и правдивости этой истории, но она подтверждает мои вышеизложенные предположения.

«… согласно церковному указу жена во время полового акта должна была вести себя скромно и тихо, то есть лежать спокойно, как можно меньше шевелиться, не издавать звуков и прочее, ночные рубашки при этом, конечно, не снимались. И вот однажды муж воротясь домой с охоты поздно ночью, отправился к жене в спальню, исполнил свой супружеский долг, жена вела себя, как обычно, то есть была холодна и безмолвна, а на утро выяснилось, что она ещё вечером, пока муж был на охоте, умерла. Эта история дошла до самого папы, так как несчастный не удовлетворился обычной исповедью и отправился замаливать свой грех в Святой город. После чего был издан указ, в котором женщинам, во время исполнения супружеских обязанностей, полагалось время от времени подавать признаки жизни».

В «Песне о Нибелунгах» Зигфрид лишь временами ведет себя как Роланд. Но это уже не тот озорной мальчишка, которому наплевать на секс и все, что с ним связано. Зигфрид влюбляется в Кримхильду. Но, конечно, не один Зигфрид начинает тянуться к женщине. То же происходит со всеми молодыми людьми.

«А юноши - те тоже мечтали, осмелев,

Привлечь к себе вниманье бургундских знатных дев,

Которых не случалось им видеть до сих пор.

Трон отдал бы любой из них за нежный женский взор.»

Время приближается к Возрождению. Наступает эпоха куртуазности. Ваганты воспевают эротику. Нет еще прямых высказываний о сексе. Даются только намеки. Люди начинают проявлять интерес к сексу. Для них это уже не совокупительный процесс, не доставляющий интерес, это таинство. Мужчин и женщин охватывает желание. Но пока еще люди лишь приподымают занавес, за которым скрывается секс. Об этом не принято говорить.

Я приведу еще одну историю, которая довольно четко показывает нравы того времени.

«Один буржуа с женой приехал к другу и его жене в гости. Переночевали и на следующий день обе пары сидели и трапезничали. И в разговоре жена буржуа намекнула, что этой ночью по вине мужа она почти не спала и очень устала, но нисколько об этом не жалеет, так как её муж был на высоте. Это замечание вызвало возмущение хозяев, но более всего самого мужа. Между супругами возникла ссора, в ходе которой муж убил жену. Дело дошло до суда, Но суд, выслушав показания, признал мужа невиновным. То есть его возмущение разглашением жены их интимной жизни было справедливым, а убийство оправдано».

Можно себе представить, что было бы в наше время, если бы жена сделала за завтраком такое утверждение. Либо никто не обратил бы даже внимания на это изречение, либо углубились бы в дискуссию на тему секса.

Кстати, в эпоху Возрождения тоже отнеслись бы к этому с живым любопытством. Но я забегаю вперед.

На тот момент человечество похоже на подростков, у которых начинается половое созревание. Они живо интересуются всем, что связано с сексом, но упорно скрывают это, так как стыдятся.

Я скромной девушкой была

Virgo dum florebam

Чиста, приветлива, мила

Omnibus placebum

Пошла я в рощу на лужок

Florens adunare

Да захотел меня дружок

Ibi deflorare

Он мне сорочку снять помог

Corpore detectum

И стал мне взламывать замок

Cuspida erecta

Вонзилось в жертву копьецо

Bene avenuntor

И надо мной его лицо

Omnibus venunder.

Один из самых известных стихотворений вагантов. Ваганты, в смысле секса, были наиболее раскрепощены, как сказали бы сейчас. Это люди «без комплексов». Но и они прикрывают или скорее украшают наготу метафорами.

Итак, начинается период куртуазности. Культ прекрасной дамы, поиски Софии. Теперь рыцарь это не только или даже не столько воин, сколько «джентльмен». Рыцарь должен уметь угодить даме. И дамы ведут себя соответствующе. Но никто не говорит именно о сексе, это куртуазность – ухаживание. Это самое большее – эротика, но не порнография. Возможно, это связано все с тем же желанием, но страхом перед исполнением этого желания для мужчины. Ведь оргазм означает потерю желания. А что может быть страшнее для воина, рыцаря, чем слабость?

То есть путь от Средневековья к Возрождению, это преодоление сразу двух страхов. Страх перед неизвестным. Люди заново открывают для себя секс. Они открывают для себя удовольствие, наслаждение. И второй страх – страх слабости для мужчины. То есть, то, что происходит после оргазма (или серии оргазмов).

Кроме всего прочего появляется то, чего и в мыслях не было до этого. Появляется любовь. И как все новое, она запретна изначально.

Вспомнить хотя бы историю Тристана и Изольды. Любовь поразила их внезапно. Это объяснено случайностью, оплошностью, когда любовный напиток по ошибке выпивает не тот, для кого он предназначен. Результат – запретная любовь вассала к невесте сюзерена, что не допустимо. Это не допустимо даже в наше время. Вспомнить хоть фильм «Криминальное чтиво», где Винсент стоит в ванной и размышляет о том, как ему нужно выйти и проститься с женой босса, явно вспоминая инцидент, когда Марселлас Уоллес выбросил с балкона Антуана Рокамору за то, что тот сделал его жене массаж ног. Хотя, казалось бы, это не относится к любви прямо. Но это очень похожие ситуации.

Людям Средневековья не стоит влюбляться. Это чревато большим количеством неприятностей. Во-первых, статус. Нельзя же приказать себе влюбляться только в человека соответствующего статуса. Кроме того, в Средневековье браки чаще всего заключают родители между детьми, когда те еще совсем маленькие, просто потому, что их имения соседствуют. И это правильно. Родители заботятся о благополучии детей, о том, чтобы они попросту не подохли с голоду.

Но это не значит, что люди не интересуются сексом. Хотя очень много таких мужчин, которые за всю свою жизнь так и не вкусили прелести женского тела.

Но страх живет (правда, он будет жить всегда). «Ад» Данте очень четко отражает, что бывает за секс. Здесь мучаются возлюбленные, попавшие в ад в самый момент поцелуя. Они даже не успели понять, как это произошло. Это даже не секс был, а только поцелуй. Прямо как в «Криминальном чтиве» - «всего лишь массаж ног».

Но как бы людей не пугали наказанием, все равно происходит развитие. Это просто-таки половое созревание.

Появляется Боккаччо «Декамерон». Это даже не роман. Это сборник новелл. И новеллы там не все эротического содержания. Множество новелл просто занимательных.

Если отвлечься от темы секса, то можно вспомнить историю о соколе. В новелле мужчина так влюблен в женщину, что ради нее тратит все свое состояние, а когда она приходит к нему, уже разоренному, на обед, он, не имея возможности угостить ее ничем, зажаривает для нее своего любимого сокола. Кстати, есть в некотором смысле схожая история у Мопассана «Ожерелье». На этих двух примерах можно довольно четко рассмотреть нравы раннего Ренессанса и реализма. В «Ожерелье» даме и ее супругу пришлось работать десять лет, чтобы расплатиться за потерянное ожерелья, а потом узнать, что оно было из стекла. Вот жертвы ради любви и жертвы из-за денег.

«Декамерон» это уже другое отношение к религии, это другие нравы, в отличие от Средневековья. Это эротика, секс.

Боккаччо спокойно насмехается над религией в угоду любовных утех. Чего только стоят первая и третья новелла третьего дня! Монах невольно устраивает свидание дамы и молодого человека. При этом и дама и молодой человек посмеиваются над легковерным монахом. Или история человека, прикинувшегося немым и пробравшегося в женский монастырь, где с ним блудят все монахини, включая аббатису. А ода из монашек говорит другой, что «мало ли чего мы обещаем Богу каждый день и не выполняем, найдутся другие, кто будет исполнять обет девственности». И настолько монахини оказались охочи до секса, что даже такому любовнику как Мазетто приходится прекратить прикидываться немым и объяснить, что он не выдерживает.

Но это Италия. А в остальной Европе пока живет Средневековье. И хотя уже были и Зигфрид, влюбленный в Кримхильду. Были и Тристан и Изольда. Но до таких развлечений, как в Италии еще далеко. Наоборот, мужчины начинают с большой опаской относится к женщинам, многие из которых ведьмы. И я не думаю, что это выдумка. Это миф, а миф – реальность.

«… Разве женщина не что-либо иное, как враг дружбы, неизбежное наказание, необходимое зло, естественное искушение, вожделенное несчастье, домашняя опасность, приятная поруха, изъян природы, подмалеванный красивой краской?» Иоанн Златоуст

Думаю, что в тот момент не только Златоуст так считал. Полагаю, что подобные точки зрения были очень распространены. Самое интересное, что в принципе, в этих словах нет лжи.

"Если женщина плачет, то она, конечно, готовит козни" Котон.

А уж с этой фразой, думаю, будет спорить только отчаянная лгунья. Эта цитата будет актуальна во все времена. Плачущая женщина почти наверняка предвещает страшные беды на голову окружающих.

Но страх перед ведьмами, думаю, так же возникает именно в результате страха секса. Если раньше к женщине относились как к обычной хранительнице очага, и супружеский долг исполняли безо всяких придумок. Это не было сексом. Это было обычным совокуплением, то теперь, с пробуждением сексуальности, возникает естественный страх. И тут я вновь проведу аналогию с подростками. Девочки чаще всего раньше мальчиков созревают в половом плане. И в эпоху Средневековья происходит похожая ситуация. Женщины уже готовы к сексу, в то время как мужчины только зреют. Они нагонят свое в эпоху Возрождения. А пока у жителей страх перед ведьмами. А женщинам ничего не остается, кроме как отдавать себя в руки дьяволу.

Но и это заканчивается. Ренессанс охватывает всю Европу. Секс повсеместен. Причем секс во всех проявлениях. Не только традиционный, но и содомия, гомосексуализм.

Достаточно вспомнить Микеланджело с его Сикстинской Капеллой. Микеланджело убежденный гомосексуалист. Он восхищается мужским телом. Поэтому весь потолок Сикстинской Капеллы покрыт изображениями обнаженных мужских тел, потрясающих по красоте, часть из которых, по настоянию служителей церкви, прикрыта кокетливыми тряпицами, который Микеланджело с презрением дорисовал позже.

Эпоха Ренессанса рождает восприятие и восхищение красотой. Это призыв к наслаждению. Это призыв восхищаться красотой окружающего мира и человеческого тела. Это эпоха рассвета сексуальности. И вместе с тем жестокости. Так как секс и жестокость не могут жить порознь. Это понятия родные друг другу. Люди наслаждаются мигом жизни. Они хотят сплетаться в объятиях, ощущая телесную близость друг друга. Им уже немножко не духовной чистоты христианства. Мадонна изображается как девушка из «Penthouse» или «Playboy». Все наполнено сексом. Люди плюют на запреты. Они воспевают секс. И в этом смысле эпоха Возрождения гораздо интереснее и сексуальнее, чем наш век, когда и нет особых границ. Переход границы – это приключение, это и есть жизнь. И жители Возрождения с удовольствием (да еще каким!) нарушают все установленные каноны, сплетая свои тела в безумной страсти. Не забывают и о жестокости. Убивают с таким же чувством, с каким мы убиваем муху. Измельчала эпоха. Про нашу эпоху тоже можно написать много чего интересного, но в плане секса она не сравниться с Ренессансом. Секс не может быть обыденностью. Это должно быть преступлением, тогда он по-настоящему прекрасен.

И все же секс в Возрождении не так чудесен, как в Античности. Никто не знает о средствах личной гигиены. Нет бань, никто не умащает свое тело маслами и не покрывает изящными чистыми туниками. Это грязь, вонь. И она повсюду. В домах простолюдинов и во дворцах, в конюшнях и на рынке, в церкви и на улице. Следствием этого является огромное число смертей. Люди дохнут как мухи. Чума, проказа, и множество других прелестей.

Перейдя границы, люди уже не хотели останавливаться. Нужно было больше секса в жизни. И понеслось. И хотя Паскаль Киньяр говорит, что по определению не может быть порнографического романа, я не очень хорошо себе представляю, как тогда назвать произведения Маркиза де Сада. Хотя это уже не эпоха Возрождения. Но именно эта эпоха его породила. Секс и жестокость – эстетичны.

Самые «лучшие» в этом смысле романы, на мой взгляд «120 дней содома» и «Жюстина».

«120 дней содома» поражают уже с самого начала. Одно только описание четырех развратников дает отличное представление о наклонностях автора. Маркиз писал такие вещи, с которыми никогда не сможет сравниться современная литература о сексе. Все современные попытки подражать де Саду на мой взгляд настолько жалки, что лучше бы авторы и не пытались этого делать. Вся жестокость, которая присутствует даже в интернет-рассказах до необыкновенности пошлая и скучная. Эти рассказы пишут люди, у которых не было и вряд ли будет возможность испытать те сладострастия, которые испытывал неутомимый маркиз. Жестокость этих рассказов похожа просто на грубые инстинкты, без какой бы то ни было эстетики. А секс настолько скучно и дотошно описан, что засыпаешь на середине фразы.

«120 дней содома» повергают в некоторый ужас и трепет с самого начала. Прочитав историю о том, как дочь лишают девственности на руках у матери в тот момент, когда казнят отца, уже вгоняет в оцепенение. А ведь это только начало романа. Всего лишь вступление.

Можно долго говорить и о романе Маркиза де Сада с поэтическим названием «Жюстина или поруганная добродетель». Девушка, которая умудряется на каждой странице, в каждом абзаце подвергаться сексуальным домогательствам. А затем, ища защиты, попадает в монастырь, где два года подвергается насилиям неутомимых монахов. Чудом уходит оттуда живой.

Да, Маркиз де Сад внес неоценимый вклад в мировую эротическую литературу. И е смотря а то, что, конечно, в рассказах много надуманного, там все же и много правды, так как маркиз писал эти вещи не после скромненького десятиминутного секса с супругой, каждый кусочек тела который знаком уже настолько, что движения становятся машинальными. Он писал свои рассказы после диких оргий, после потрясающих сексуальных актов. Я, конечно, не призываю идти по его стопам. Но как-то скучно читать эротическую литературу, написанную с претензией на шик, человеком, у которого за всю жизнь даже группового секса не было.

В этом реферате я попыталась разобраться в том, что представлял из себя секс на протяжении отрезка времени Средневековье – Возрождение.

Не знаю, насколько мне удалось показать идею того, что люди Средневековья похож на детей, у которых начинается процесс полового развития. А люди Возрождения – это уже подростки вовсю вкушающие прелести секса, но смысл примерно такой.

Библиография.

1. «Песнь о Роланде». http://bookz.ru/authors/bez-avtora/pesn_-o-_430.html

2. «Песнь о Нибелунгах». http://www.fbit.ru/free/myth/texty/pnibelun/

3. «Тристан и Изольда»http://bookz.ru/authors/jozef-bed_e/bedje_tristan.html

4. Данте Алигьери. Божественная комедия. http://bookz.ru/authors/dante-alig_eri/dantealig01.html

5. Паскаль Киньяр. Секс и страх. С.-П. изд. Азбука-классика. 2005

6. Джованни Боккаччо. Декамерон. С.-П. Изд. Дом Азбука-классика. 2007.

7. Тогоева. «Истинная правда». Языки средневекового правосудия». Научная монография. Изд. Наука. 2006

8. Шпренгер Яков. Молот ведьм.

9. Алексей Федорович Лосев. Эстетика эпохи возрождения.

10.Маркиз де Сад. «120 дней содома». http://bookz.ru/authors/donas_en-de-sad/120-dnei_364.html

11.Маркиз де Сад. «Жюстина». http://book-read.ru/libbook_91566.html

12. Использовался форум. Сайт ВКонтакте. Группа «Любители средневековья». http://vkontakte.ru/club152333

2008, ИЖЛТ. 1 курс



Об авторе:


Подкова
Логин: podkova

Последнее посещение сайта: 17.6.2010 в 22 час.
Публикации на сайте (13)

Последняя прочитанная публикация: {*%title.@LastIdV*} (автор: {*%author.@LastIdV*})

Послать сообщение







Оставьте свой отзыв (0)     Другие публикации этой рубрики