Рассказы

Автор: Шустов Антон Алексеевич

Набросок осколков

Просмотров: 587

Вы 588-й посетитель этой странички
Страничка была создана (обновлена): 2013-10-28 03:27:25



Набросок осколков



Автор: Шустов Антон Алексеевич



«Спасает ли в минуты боли и одиночества осознание мрачной комичности положения? Не знаю. Помню выстрел. Это было не смешно. А в остальном… не знаю… пожалуй забавно. Я не жалею»

(запись на стене опустевшей тюремной камеры)



_*_*_*_*_*_*_*_*_*_*

На улице полночь, в баре – вечные сумерки. Свет лампы на столике приглушён, еле освещая контуры моих от природы дрожащих рук. Огонёк тлеющего «Пэл Мела» нервно подрагивает, словно горящая в паутине муха. Вокруг огни, запрограммированный мельтешащий свет, смех, танцы. Я сел в углу, где потише и потемнее. Ты вроде и не на празднике, но при первом желании можешь оттянуться. Не знаю, сколько я сидел: пепельница напоминала недавно выкопанного доисторического ежа, а к кофе я так и не притронулся. Мысли беспорядочно и нервно носились в голове, не давая нормально сфокусироваться хотя бы на одной. И всё же одна мысль, нет, скорее состояние неотступно плавало на поверхности сознания, дразня и не давая покоя. Словно в голове растянули от уха до уха сверхчувствительный нерв, и стоит любой безобидной мыслишке задеть его - он незамедлительно даёт о себе знать.

_*_*_*_*_*_*_*_*_*_*_

Она всегда привлекала меня этим своим "бетонным" взглядом. Внешнее спокойствие и собранность, а в глазах... бетон... вне зоны доступа. Но если долго смотреть, можно разглядеть в этих, цвета дождя над океаном глазах маленькую тревожную искорку. У нас были общие знакомые, и мы часто бывали на одних и тех же вечеринках. Мы ни разу не разговаривали, и я всё смотрел, смотрел, смотрел...

Буря! Ураган! Цунами! Она уже не могла прятать всё в себе. Боль. Много боли в этих моих любимых глазах. Я решил сблизиться с ней, чтобы найти способ хоть как-то помочь, хоть как-то успокоить дожди в её взгляде.

_*_*_*_*_*_*_*_*_*_*_

Я всё же отхлебнул свой кофе. Ледяной. Кофе всегда, либо обжигающий, либо ледяной. Я смотрю на всех этих обдолбаных алкоголем и стимуляторами людей. Они кружат словно пыль, сверкая в свете неоновых ламп и редких лучей солнца, пробивающихся сквозь мелкие трещины в залитых бурой краской окнах. Пару недель назад я уволился из такого же убогого заведения, где подрабатывал вышибалой. Обычно я сижу тут до темноты. Потом иду домой, и закинувшись парой дисков "финозипама" отрубаюсь до полудня.

Я закрыл глаза и представил её лицо. Звук со скрипом отодвигаемого стула. Я открыл глаза. Весь его вид, начиная от крепких туфель и заканчивая твёрдым с хитринкой взглядом из-под полей великолепной, старомодной шляпы давал понять, что дела у него лучше моих. Он сел напротив, закурил и, улыбнувшись, посмотрел мне в глаза.

- С кем имею честь? - от долгого молчания мой голос охрип.

- Чести в том немного, но со мной.

Голос его обволакивал сознание, не оставляя места для осмысления слов. Он продолжил, и я просто стал слушать. Без удивления и с покорностью утопающего. Всё что говорил этот человек - будто вытатуировалось в моём сознании

Я прибыл сюда, услышав стон её сна,

Со всей болью в жизни дерётся одна.

Во сне она тонет на корабле,

Прибита гвоздями и тлеет в огне.

Ты можешь помочь, но послушай меня.

Быть там беде - где невидна она.

Дам я три ночи тебе в коробке.

Спичку зажжёшь - и ты в её сне.

Больше сказать ничего не возьмусь,

За кофе же твой, позволь сам расплачусь.

Звон мелочи на столе. Я открываю глаза и вижу контуры шляпы, исчезающей в воздухе. На столе коробок. И в нём три спички. Я не слышу гомона и веселья вокруг. Одним глотком уничтожаю кофе. Я иду к вам, глаза цвета дождя над океаном.

_*_*_*_*_*_*_*_*_*_*_

Сигарета больно обжигает пальцы. Длинный столбик пепла рассыпается по колену. Мне всё равно, что со мной будет. Мне всё равно? Руки дрожат, будто играю на невидимом рояле. Холодный пот стекает по лбу, носу, капля проходит по подбородку и с гулким шлепком падает на пол. Я не знаю как, не знаю, во что мне всё это обойдётся, но я открываю коробок, и мелкие искры с тихим скрежетом освещают ладони. Спичка ярко вспыхивает, а моя комната с обоями цвета охры погружается во тьму.

_*_*_*_*_*_*_*_*_*_*_

Темно. Абсолютно темно и тихо. Пусто и никак. Спичка гаснет. Что дальше? Я иду и не слышу своих шагов. Где-то справа раздаётся отдалённый стук и скрежет. Я бегу на звук. Передо мной простая, деревянная дверь с рельефным узором, оплетающим края. За дверью кто-то бьётся и кричит. Кто-то пытается открыть дверь. Я тяну на себя ручку, поворачиваю и дёргаю, налетаю плечом. Дверь не поддаётся, но я знаю кто за ней. И вижу на полу неподалёку ключ. Руки еле справляются с чёртовой железкой. Дверь со скрипом отворилась, и она застыла на пороге. Счастливая улыбка облегчения на её бледном лице, с прилипшими к щекам русыми волосами превращается в гримасу ужаса, и в глазах её я вижу отражение темноты вокруг. За дверью темнота. И здесь темнота. Она кидается вперёд с тихим шепотом и стонами « Ну где вы! Где же вы?! Вы где-то здесь, я найду вас!». Я бегу за ней и кричу, что всё в порядке и она не одна. Хватаю за плечи. Заставляю смотреть мне в глаза. Она пытается что-то разглядеть в моём лице и, разочаровавшись, бросается оземь и начинает сгребать кучи чёрного песка. Она делает горку, затем лепит голову, пытается придать песку черты чьего-то лица, но всё не то, и она опять и опять рушит начатое. А я стою, вцепившись в волосы, и смотрю на неё, не в силах помочь и быть безучастным. Она рыдает и кричит «Где ты? Где ты?!» она мешает песок и слёзы на своём лице. Её плач переходит в шёпот. Я встаю перед ней на колени и пытаюсь услышать. «Я люблю тебя, я люблю тебя... люблю...». Не могу этого видеть, я больше не могу. Я кидаюсь обратно к двери и ищу сгоревшую спичку.

Я переломил её и теперь лежу на полу, ловя воздух ртом и чувствуя сухие слёзы на глазах. Обои цвета охры и рассвет, сквозь жалюзи покрывший все тонкими полосками.

_*_*_*_*_*_*_*_*_*_*_

- Вам повторить? - глаза официантки кажутся мне плоскими и пустыми.

- Не спрашивайте. Если увидите, что бокал пуст... просто наливайте, идёт?

- Конечно. Может быть, попробуете наш новый сорт?...

- Нет.

Я пьян. Я очень пьян и очень зол. Что Он хочет от меня? «прибита гвоздями... тонет на корабле...» Если бы так просто! Я не знаю, как ей помочь... не знаю, кого она ищет. Я совсем не знаю её и не знаю, какого чёрта ввязался в это! И мне страшно... но останавливаться нельзя. После того, что я увидел, я не могу её бросить. И вот теперь я пьян и не знаю что делать...

- Эгей, старина! Здорово!

Её брат.

- Можно присесть?

Я тупо пялюсь на его круглое лицо и, по-моему сейчас срыгну всё выпитое прямо ему на ботинки.

- Какого чёрта... конечно садись... - Озарение. Вот оно! Вот тот, кто мне нужен! Он садится напротив, и в его очках я вижу отражение своей осунувшейся физиономии, бледной, небритой, с залёгшими тёмными кругами под глазами. Как начать разговор?

- Как ты? – спрашиваю я. Он улыбается, как придурок. Всегда казался мне придурком…

- Я неплохо. Работаю, кручусь, как могу. Ты-то как? Выглядишь неважно.

- Как она?

- Кто?

- Наташа...

- А... Нормально... - Он наткнулся на мой взгляд. Не знаю, что он там увидел, но его прорвало.

- Вообще-то паршиво... Вся семья в шоке после смерти родителей, но она просто с ума сходит, - он расстроено поморщился и отпил из моего бокала. - Кричит по ночам, а когда не спит, ходит как во сне...

- Что? - сигарета прожгла штанину, и я пришёл в себя от боли. - Ваши родители... Боже мой, прости, я...

- Да.... их убили у неё на глазах. Бедняжка никак не придёт в себя.

- Прости, я не знал... выпьешь ещё?

- Пожалуй. А вот тебе, может быть, стоит остановиться?

- Не может быть, а точно. Но я всё-таки составлю тебе компанию.

Мы проговорили полночи, а затем он ушёл. Стоит ли говорить, что оставшись в одиночестве, я нажрался как свинья.

_*_*_*_*_*_*_*_*_*_*_

Я смотрю, как лунный свет льётся сквозь жалюзи, разрезая мою комнату и меня самого на тысячи чёрных и голубых полосок. Чёткий узор помогает сосредоточиться. Боль похмелья рвёт голову на куски. Я проспал весь день и полночи. Тело, как разваренный картофель и глаза режет дым, не знаю какой по счёту сигареты за последний час. Но оно того стоило. У меня есть план. На часах полпятого. Посплю ещё немного, помоюсь и всё обмозгую на свежую голову...

_*_*_*_*_*_*_*_*_*_*_

Под ногами хлюпает мешанина из мелкого мусора и воды. Из-за дождя город кажется смазанным, будто нарисованным на серой мятой бумаге. Я будто на картине Писсаро. Такой же непрорисованный, но исполненный предназначения, известного лишь кисти художника. Скоро ночь и я должен поторопиться. Он сказал, что их не будет дома этой ночью. План мой прост, и возможно глуп и опрометчив. Первое, что пришло в голову. Теперь я знал, чьи лица она пыталась вылепить из песка. Всё вроде бы просто: пробраться к ним домой, найти фотографии родителей, или что-то с ними связанное, проникнуть к ней в сон и... а вот что дальше я не знаю... разберусь на месте... чёрт.

_*_*_*_*_*_*_*_*_*_*_

Вскрывать замки я научился раньше, чем придумал, зачем это может понадобиться. Просто очередная головоломка. Так что с первым пунктом не должно возникнуть проблем.

Код домофона, как я и ожидал, был кем-то любезно выцарапан над дверью. Консьерж, наверное, буравит меня взглядом, но я поднял ворот пальто повыше, и не глядя по сторонам, прошёл в лифт. Шестой этаж. Сто двенадцатая квартира. Надо обратиться к врачу по поводу рук: последнее время дрожат так, что чашку чая трудно удержать. Но через пару минут замок с тихим стрекотом поддался, и я облегчённо вздохнул.

Аккуратная, тёмная прихожая. Четыре комнаты. Жёлтый кружок фонаря выдёргивает из темноты фрагменты стен, картин и стеллажей. Одна дверь опечатана и закрыта. Я осветил её фонарём. Это дверь в точности как в её сне! Я тяну руку в карман за отмычкой. Нет. Туда я не пойду. Наверное, это произошло там. К чёрту любопытство, я здесь не за этим.

Полка за полкой. Ящик за ящиком. Миловидная женщина лет сорока улыбается мне с чёрно-белого фото в простой металлической рамке. Наверно это её мать. А это отец. С ним фотографий гораздо меньше и он не улыбается. Я нашёл фотографию брата и фотографию Наташи. Живот сводит от страха, когда я открываю коробок.

_*_*_*_*_*_*_*_*_*_*_

Ветер раскачивает прозрачные занавески на распахнутых настежь окнах. Русые волосы непослушной копной скрывают её лицо. Круглая комната, четыре окна, стол, заваленный какими-то бумажными обрезками, вырезками из газет, и она. Я стою напротив с фотографиями в руках и не могу оторвать от неё взгляд. За окнами пасмурно и серый тусклый свет плавно покрывает её голые плечи и искрится в спутанных волосах. Она одета в свободный сарафан, который так ей идет, сглаживая и красиво подчёркивая её стройную худобу. Она что-то лихорадочно ищет среди кипы бумаг и затем вырезает ножницами неровные куски и складывает во что-то вроде коллажа. Подойдя ближе, я вижу пустые фотографии. Куча пустых фотографий и газет, заполненных бессмысленным набором букв. Возможно, моя идея и не так глупа. Я не знаю, стоит ли заговаривать, но всё же разлепляю губы.

- Смотри, что я принёс, я подумал что... возможно тебе...

Она откидывает с лица волосы и сердито смотрит на меня.

- Не мешай - Наконец тихо говорит она. В тусклом свете её глаза кажутся совсем светлыми и прозрачными.

- Просто посмотри.

Я касаюсь её рук, когда передаю фото и на секунду закрываю глаза от ощущения гладкой, упругой мягкости. Она несколько минут всматривается в лица своих родных. Наконец, улыбка озаряет её лицо, и она бросается через стол мне на шею. Я глажу её волосы и вдыхаю прохладу и свежесть её кожи.

- Спасибо, спасибо! Это то, что нужно! - Она кидается обратно к столу и хватает ножницы. - Вот эту можно сюда, а эту сюда...

Я разложил фото на столе. Неужели получилось! Неужели я смог, и она не будет кричать во сне! Она хватает фотографию мамы и начинает резать её на мелкие кусочки и беспорядочно раскладывать поверх остальных.

- Постой! Погоди, что ты делаешь?! - Я пытаюсь удержать её руки, но она вырывается и продолжает кромсать отца и брата, что-то весело напевая. Через минуту стол был усеян бессмысленной мозаикой. Она удовлетворённо опускается на стул и некоторое время тишину нарушает лишь шорох обрезков в ее руках.

Какого чёрта. Я опять ничего не понимаю и чувствую раздражение. Она перекладывает обрезки, внезапно вскакивает, и прижавшись спиной к стене, в ужасе смотрит на стол.

- Нет!

- Что случилось! - Перемахнув через стол, я хватаю её за плечи - Что с тобой?

- Это он! Это он! - испуганно лепечет она. Я смотрю через плечо на стол. Что за...

Со стола, собранное из кусочков фотографий, на нас смотрело чьё-то лицо. Рыжие спутанные волосы, водянистые голубые глаза и такая ухмылка, что по спине у меня пошли мурашки. Под портретом, из вырезанных газетных букв была надпись «Сейчас будет больно».

- Кто это? Кого ты...

Нас накрыла большая тень. В широко распахнутых глазах Мии я увидел неясную фигуру. Резко обернувшись, я разглядел его... целиком. Такая же ухмылка как на коллаже, в руках пистолет. Он медленно направился к нам. Я заслонил Мию. В животе что-то оборвалось, руки инстинктивно перехватывают ножницы поудобней. Что делать!

- Кто ты!

Он посмеивается и подходит ближе, поднимая пистолет. Сейчас мы умрём... умрём... Да какого чёрта, это же сон... Всего лишь сон!

- Наташ ты спишь, проснись! - Я трясу её за плечи, она кричит и бьётся в моих руках.

- Проснись, проснись, проснись...

Темнота рухнула перед глазами. Крик звучит издалека, звук выстрела звучит глухо и не по-настоящему. Спичка с треском переломилась.

_*_*_*_*_*_*_*_*_*_*_

Привычные полоски света лежат на стене. Я тяжело дышу, пытаясь унять дрожь в теле. Опять провал... что произошло? И кто это был? и... где я...

Я резко вскочил. От долгого бездвижия в глазах на секунду потемнело, и закружилась голова. Руки за спиной в наручниках, резкий запах мочи и сырости, а перед глазами толстые, стальные прутья решётки. Я что, в тюрьме?! С трудом поднявшись на ноги, я подошёл к решётке.

- Эй! Есть здесь кто?

Крик эхом прокатился по длинному, освещённому дрожащими ртутными лампами коридору с жёлтыми стенами. Никто не ответил на вопрос, только из соседней камеры кто-то пьяно пробурчал.

- Заткнулся бы, дай поспать...

Я мерил шагами камеру и лихорадочно соображал. Если это не сон, а это вроде не сон - то как чёрт подери я здесь оказался... Я же был в квартире и... Ну дела! Я чуть не расхохотался. Какой же я идиот! Отрубиться в собственноручно взломанной квартире, разворошив перед этим все ящики, и даже дверь не потрудился за собой закрыть. Наверное, консьерж поднялся, заметив незнакомца, а что случилось потом я догадываюсь. Открытая настежь дверь и бездвижное мирно похрапывающее тело...

На мне все ещё было пальто, и я вывернул руки, доставая сигареты. Зажёг за спиной спичку и бросив её на лавку успел развернутся, и встав на колени прикурил. Хорошо, что не перепутал коробки! Теперь можно спокойно ждать утро. Несмотря на сон, усталость такая, что казалось вырублюсь, стоит лишь закрыть глаза. Нет уж, сначала докурю.

_*_*_*_*_*_*_*_*_*_*_

Утро ознаменовал пронзительный свист из соседней камеры. Не открывая глаза, я усмехнулся.

- Заткнулся бы. Дай поспать!

Свист прекратился.

-Проснулся, значит. Ты чего всю ночь бормотал и стонал? Я пьяный в усмерть и то заснуть не мог!

- Наверное, сон плохой приснился. Прошу прощения…

Я разлепил глаза. В камере включили единственную лампочку, и она нещадно слепила, вынуждая сесть и зевнуть. Всё произошедшее накануне казалось бредом, в который не хотелось верить, в особенности последний эпизод. Итак... я опять облажался, она опять кричала, уже две спички потрачены впустую. И ощущение, будто во всём этом виноват я. А, забыл! Ко всему прочему, я ещё и в тюрьме.

- Что натворил-то? - опять раздался голос за стеной.

- В ближайшее время собираюсь это выяснить.

- Тебя притащили на носилках и в наручниках. И даже не помнишь из-за чего? - Чёрт, вот пристал.

- Ты вроде пьяный был. Голова не болит?

- Болит... а что? - озадаченно отозвался мой приятель.

- Болтаешь столько, что у меня тоже похмелье начинается!

- Пошёл ты.

- Давай на выход! - решётка в соседней камере отворилась. Послышалась возня и лязг закрываемой камеры. Мимо меня в сопровождении полицейского прошёл мой похмельный соловей. С виду вроде приличный: дешёвый синий костюм мелкого сотрудника какого-нибудь офиса, рубашка заправлена на половину, рожа изрядно помята. Он приостановился напротив меня и улыбнулся.

- Удачи!

- Тебе того же.

Провожатый подтолкнул его в спину.

- К тебе придут через час, - добавил он, глянув на меня.

- Кто?

- Лучшие друзья с девочками.

- У меня нет друзей.

- Вот и заведёшь.

В конце коридора показался белый прямоугольник открывшейся двери. Они вышли, и я опять принялся изгаляться с сигаретами.

_*_*_*_*_*_*_*_*_*_*_

- Следователь приехал. Давай вставай, пора друзей заводить.

Руки просто отваливаются, плечи ноют и во рту противная липкая сухость. Меня ведут по коридору. Затем через какую-то контору с кучей суетящихся у телефонов людей и опять через коридор. Меня подводят к железной двери, за которой меня ждёт следователь. Наверно сейчас будут бесконечные вопросы и односложные ответы, в результате чего мне дадут понять, что я влип в глубокую, вонючую, просто бездонную кучу...

Маленькая комнатка без окон, стол, два стула. На столе старомодная шляпа и золотой портсигар. Хитрые зелёные глаза оценивающе разглядывают меня.

- Наручники снимите,

Передо мной усадите.

А вы сэр свободны,

Идите, идите.

Со стороны я, наверное, выглядел так, будто увидел привидение. Растирая затёкшие запястья, я уселся напротив.

- Это вы. - Только и смог выдавить я.

- Сигарету хотите?

У меня неплохие.

Больше в ларьках

Не увидеть такие.

Я взял сигарету.

- Вы можете нормально разговаривать? Безо всякой там фигни?

- Могу...

- Тогда в двух словах объясните мне, кто вы, что вам от меня нужно и почему я в тюрьме. Только можно попроще? У меня, знаете ли, были странные деньки по вашей милости! - Я хотел броситься на этого... не знаю кого.

- В двух словах боюсь не получится. На первый и третий вопрос ответы простые. Кто я, тебе знать необязательно и небезопасно. В тюрьме ты оказался по собственной глупости, да ты я думаю и сам уже догадался. На второй вопрос я отвечу позже. Сначала расскажи, что ты видел в её сне.

- Нет уж! Сначала вы расскажите, какое вам дело, что в её сне! И какое вам дело до неё!

- Самое прямое. Если хочешь ей помочь, ты должен успокоиться и в подробностях описать всё, что ты видел.

Я молча ждал. Видимо он всё же оценил дрожь в моих руках и со вздохом продолжил.

- У неё на глазах произошло убийство. Видимо убийца угрожал ей, так как она боится давать показания и описать его. Так или иначе, дело зашло в тупик и тогда следствие обратилось к тому, кто решает проблемы... нетрадиционным способом, то есть ко мне. Ещё сигарету?

Пальцы с трудом удерживали новую сигарету. В голове начало проясняться. И то, что я понял, мне очень не понравилось.

- Тот мужчина во сне... убийца? Вы отправили меня, что бы я увидел его и описал вам! Вы подставили меня!

- Грубо говоря, да. - Он ни разу не моргнул за всё время разговора и неотрывно смотрел мне в глаза. Ужас нахлынул на меня, не давая нормально дышать. Я в полном дерьме! Меня втянули в какую-то криминальную муть, в которой я ничего не понимаю!

- Почему вы сами не сделали этого? Почему я?

- Мне нельзя, а ты подходил по всем параметрам, - просто ответил он.

- Каким ещё параметрам?

- Тебе просто не повезло. Ты по уши в неё влюблён. Это обязательное условие для данного эксперимента.

- Эксперимента? Так мы для вас подопытные крысы?

- Не говорите ерунды.

- Да если бы вы видели то, что у неё в голове...

- Если бы я видел, то вы бы мне не понадобились. Так что может вы перестанете психовать и мы приступим к делу?

- Вы сказали, что убийца угрожал ей если она даст показания? - хотелось бы прожечь его взглядом.

- Да.

- Это значит, что вы подставили её под удар...

- Мы сможем защитить её, если вы дадите показания.

- Лучше бы так, потому что если с ней что-нибудь по вашей милости случится, я...

- Об этом не беспокойтесь. Я получу причитающееся. Об этом, поверьте, есть кому позаботиться.

Я посмотрел ему в глаза. От него исходила такая сила и уверенность, что я опять подчинился и стал слушать вопросы и послушно давать ответы. Дальнейший разговор прошёл как во сне. Который я уже видел.

_*_*_*_*_*_*_*_*_*_*_

Меня отпустили. Тот тип внимательно слушал, пока я криво и непоследовательно описывал события последней недели. Когда рассказ дошёл до убийцы, он достал блокнот и попросил в мельчайших деталях описать его. Затем мы прошли в какой-то кабинет, где специалист, под моим руководством составил на компьютере его портрет. Мне сказали, что беспокоиться больше не о чем, что отморозка найдут и что я очень помог и большое мне спасибо и что всё теперь просто чудо как хорошо, и отпустили домой. Я в ярости пнул пустую бутылку из под пива. Осколки разлетелись по асфальту, мгновенно затерявшись под пеленой дождя. С неба лило как из ведра, но я был только рад. Грохот был такой, что я мог расслышать только собственные мысли. Он сказал, что я влюблён в неё... Со временем это чувство притупилось во мне. Я никогда не навязывался, а она не искала со мной встречи. Просто знакомый кого-то из друзей... И я, как и положено безвольным дуракам смирился, находя тысячи причин не бороться. Чувства стали бесцветными за годы. Я просто желал ей счастья и не позволял желать что-то для себя... Разве это любовь?! Если это любовь, то и врагу такой не пожелаю. Но боже, как приятно было обнять, вдыхать её запах и пытаться что-то для неё сделать! Пусть даже и в кошмарном сне... Видимо это всё на что я мог рассчитывать...

Я шёл уже часов пять, когда, наконец, увидел серый, многоэтажный дом в котором находилась моя чёртова берлога. Зайдя, я скинул одежду и пошёл в душ. Потом поставил диск с любимым альбомом Хуана Де`Аренцо и откупорил бутылку виски. Закупорил обратно и достал вино. Слишком много причин, чтобы не позволять себе валяться в пьяном бреду. Надо расслабиться и постараться забыть весь этот кошмар. Сделав большой глоток прямо из горла, я взял новую пачку Пэл Мэла, и порывшись в карманах выудил спички. Твою мать... На ладони лежал коробок, от которого не стоит прикуривать.

_*_*_*_*_*_*_*_*_*_*_

Уже три часа ночи. Я лежу на кровати и боюсь пошевелиться, зная, что тут же кинусь в гостиную, где на столе лежало то, о чём я мечтаю сейчас больше всего на свете. Я думал выкинуть, сломать, спрятать коробок... но всё-таки не смог. Я лежу и пытаюсь уснуть, пытаюсь, наконец, уснуть, лежу, лежу... Нет. Уже не лежу. Сердце бешено бьётся в горле, адреналин и желание выжигают мозг, сон, здравый смысл... Ладони на мгновение согревает вспышка маленького взрыва серы, взрезающего реальность и делая невозможное возможным...

_*_*_*_*_*_*_*_*_*_*_

Опечатанная дверь, очерченная по краям витиеватым узором. Я протянул руку. Дрожь сотрясает даже локти и плечи. Не заперта. Я знаю, что делаю глупость и что пожалею об этом, но всё же легко толкаю её, и расширяющуюся щель между дверью и косяком залил тусклый синеватый свет. Обычная комната обычной девушки. По стенам висят плакаты с любимыми актёрами и музыкантами, письменный стол, шкафы и стеллажи с книгами и всякой декоративной мелочью. Два больших окна в старомодной деревянной раме, разделяющей стекло на небольшие квадраты. У одного окна стоит простая кушетка. Единственное, что делало эту комнату необычной – это она. Я словно всплыл на поверхность, вдохнув воздух полной грудью. Сетчатые занавески, легко покачиваясь, дробили мелким светлым узором её кожу. За окном было пасмурно, и вся комната будто излучала тусклый серо- голубой свет.

Наташа лежала на кушетке, свернувшись калачиком и обхватив себя руками. Её глаза были широко открыты, но она не заметила моего появления. Просто лежала, бездвижная и такая беззащитная. Я подошёл ближе и присел на краешек, вглядываясь в лицо. Её била мелкая дрожь и руки с силой сжимали бока, словно это всё, что у неё осталось и всё, что она способна была удержать. На стене сбоку висели фотографии её родных и друзей, они все весело улыбались, неожиданно застигнутые вспышкой камеры, когда-то. Камера же, покрытая пылью лежала на одном из стеллажей. Наташа казалась такой одинокой, такой спокойной и в её глазах я опять с болью увидел непроницаемую стену дождя и бетона.

Не знаю почему, но я смирился. Просто мне не дано сделать её счастливее и уж тем более не во сне. Всё что мог, я уже сделал. Единственное, что я мог и хотел сделать сейчас, это согреть её. Обнять и прижать к себе, без страсти, без желания. Просто потому, что она такая одинокая и её пальцы так побелели, с силой цепляясь за майку.

Я лег сзади и прижался к ней, взяв её руки в свои ладони. И сразу её дрожь прошла, тело расслабилось, и она испустила тихий вздох облегчения. Наконец я сделал что-то правильно. Через несколько минут её дыхание выровнялось, стало глубоким и спокойным, и она заснула. Я долго не спал, целый день был на ногах и теперь, слушая её дыхание, мои мысли становились тягучими и непослушными. Напряжение не отпускающее меня всю неделю отступило и глаза сами собой закрывались, с каждым разом раскрываясь всё труднее...

_*_*_*_*_*_*_*_*_*_*_

Солнце, теплыми жёлтыми пятнами прокрадывалось сквозь веки. Я открыл глаза. Нет обоев цвета охры, и привычные полоски не покрывают их. Передо мной была непослушная копна мягких, сладко пахнущих волос.

Наташа мерно посапывала в моих объятьях. Заснул! Заснул во сне, причём не в своём! Аккуратно освободив руки из её ослабевших пальцев, я осторожно встал с кушетки и потянулся, лениво улыбаясь. Хоть одно нормальное утро, наконец. С некоторым смущением я вспомнил, что нахожусь в одних трусах. Спичка валялась неподалёку, невинно поблёскивая обугленной головкой. Ну, вот мне и пора. Хоть в третий раз мне повезло, и я всё сделал как надо. Я переломил спичку... и ничего не произошло. Эммм...Что за шутки? Я взял целую половинку и опять с тихим треском переломил податливое дерево. Странно. Я что же застрял в её сне навсегда?

Некоторое врем я размышлял над своим положением и пришёл к выводу, что наверное надо разбудить её и тогда и я наверное очнусь. Я подошел к кушетке и мягко провёл рукой по круглому точёному плечику. Она что-то невнятно пробурчала и погвернулась на другой бок.

- Проснись, с добрым... утром.

- Рано ещё... - просипела она зевая, и потянувшись неохотно села на кушетке. Некоторое время мы смотрели друг на друга.

- А-а-а-а! - в неожиданности от её крика, я отпрыгнул назад.

- Ты кто! - Она прикрылась одеялом, и вжавшись в стену, с испугом смотрела на меня, - Что ты делаешь в моей квартире!

- Я... где... что?

Нечего не понимаю... она проснулась, а я всё ещё здесь.

- Проснись ты, это сон...

- Какой сон! Что вам нужно!

- Да ничего мне не нужно... Ты спишь... - Она кинулась к столу, и взяв первый попавшийся предмет, по скорбному стечению обстоятельств оказавшийся подсвечником - запустила им в меня. Снаряд угодил в скулу.

- Чёрт, да ты...

- НАТАШ ЧТО У ТЕБЯ ПРОИСХОДИТ! - её брат ломился в запертую дверь.

- Тут какой-то чокнутый! - кричала она, защищаясь на этот раз ножницами.

Я упёр руки в бока. Какой-то уж очень странный сон...

Окно разбилось и мы с Наташей от неожиданности вскрикнули.

_*_*_*_*_*_*_*_*_*_*_

Рыжий, грязный, в поношенном кожаном плаще, он спрыгнул с пожарной лестницы в окно. В руке пистолет и глаза горят холодной яростью. У меня внутри всё похолодело и появилось жуткое ощущение реальности происходящего.

- Сдала меня сучка, так что ли?! - Он наотмашь ударил меня пистолетом по лицу, когда я встал у него на пути, и я отлетел к стене, чувствуя жуткую боль и страх. Наташа закричала и бросилась к двери.

- Наташа открой! - рычал из-за двери брат.

Рыжий громила схватил её за руку, не дав дотянуться до ручки и отбросил на кушетку.

- Что я тебе говорил, а? Я тебя предупреждал, дрянь?! Еле от копов скрылся, так что ли! - от него на всю комнату несло потом и перегаром от дешёвого виски. Огромный и смертоносный, он вразвалочку надвигался на застывшую в немом ужасе Мию, подняв пистолет на уровне её лица. Она судорожно выдохнула, не отрывая взгляда от дула пистолета.

Остальное прошло как в замедленной съёмке. Я вскочил на ноги, и забыв про боль и страх в ярости бросился на убийцу, снося его к окну. Опять звон стекла. Чудовищным усилием я вырвался из его хватки и еле успел схватиться за подоконник, перегнувшись животом наружу. Я видел, как он летел. В водянистых, тупых глазах изумление и страх. Фигура, окутанная развевающимся плащом становится всё меньше и меньше. Грохот удара о припаркованную под окном машину, скрежет покореженного метала и визг сигнализации.

Спасена. Всё кончено, убийца мёртв... а почему всё как в тумане? Я взглянул на руки. Что-то бурое и липкое стекает по ладоням. Я перегнулся обратно в комнату, и охнув от тупой боли осел на пол. Живот словно вспороли толстым, ржавым гвоздём. Весь пол вокруг в крови... моей крови. В глазах двоилось, и глядя на комнату под неестественным углом я видел влетевшего в комнату брата, Наташу, склонившуюся надо мной и потрясённо ловящую воздух ртом. Ублюдок успел-таки нажать на курок... И всё таки я не жалею... хочу жить... и что бы не было так больно....

_*_*_*_*_*_*_*_*_*_*_

Боль...

Склонённые надо мной, неясные лица в синих масках...

Тряска машины...

- Будет жить.

- Бу-удет. Как миленький будет!

- В районную?

- Да при нём документов никаких. В центральную повезём...

Голоса будто за ватной стеной...

Темнота...

Спасительный обморок...

_*_*_*_*_*_*_*_*_*_*_

Дни в больнице описывать незачем. Длинные, скучные дни и ночи в больнице для бродяг, полные отвратительной кормёжки и перекуров туалете, пока не перевели в больницу для заключенных. Именно туда, после суда без моего участия. Посетителей не было. Ни одного знакомого лица.

Рана была не страшной, и я быстро встал на ноги. Тогда меня повели на суд по полной форме. Короткий суд. Убийство, двойное проникновение на частную территорию со взломом. Никакой информации о моих делах с человеком в старомодной шляпе поднято во время слушания не было. А я и не рассказывал. Не знаю почему. Наверное, сочли бы сумасшедшим. И в виду последних событий, я бы не смог придумать никаких причин с ними не согласиться. Перед судом ко мне зашёл какой-то толстяк с жетоном и сказал, что я полный идиот, что всё было под контролем до моего вмешательства. И поскольку никто не собирается, да и не может раскрывать секретную информацию общественности о сделке полиции с «Теми», то помощи мне ждать неоткуда. Мне сказали, что Мия пыталась попасть на суд в качестве свидетельницы моей защиты. Но её не допустили. А мне было всё равно, попаду я в тюрьму или нет. Хотелось просто лечь и не думать ни о ком и не о чём.

Восемь лет с правом досрочного освобождения.

_*_*_*_*_*_*_*_*_*_*_

Радио тихо шуршит в ритме соул. Привычные полоски на стенах никогда от меня не отвяжутся. Когда выйду, сорву нахрен жалюзи и поменяю обои... и никаких решёток на окнах.

_*_*_*_*_*_*_*_*_*_*_

Вторая неделя. Четырнадцатая пометка карандашом на стене. Надо же в конце концов соблюдать традиции и штампы.

- К тебе посетитель, - охранник постукивает палкой по прутьям, словно по мозгам.

- Посетитель? - Я вскочил на ноги и кинул окурок в жестяной унитаз в углу камеры.

- Да, посетитель. Отвести тебя, или сказать, что ты не в духе?... - Недовольно протянул он.

- Приму сэр.

Знакомых, которые могли бы меня навестить вроде нет... Родители вообще в другом городе и о моём аресте вряд ли слышали... Я не работаю, не учусь...

- Пятнадцать минут.

Наручники освободили запястья, а я так и стоял, вглядываясь в глаза цвета дождя над океаном.

_*_*_*_*_*_*_*_*_*_*_

Мы долго молчали, сидя напротив друг друга. Она не отводила взгляд. Она узнала кто я от брата. И я не стал добавлять к этому ни слова. Ни слова о годах, как в скучном безвкусном кино, в мыслях о ней. Она поняла это без слов. И в её глазах стояло тёплое утро и лёгкий туман над океаном, наконец успокоившимся, и она улыбалась. И она поцеловала меня. Просто и нежно, совсем не так, как в моих грёзах. В миллион раз лучше.

Уходя, она о чем-то вспомнила и протянула мне аккуратно сложенный листок.

- Человек на улице попросил меня передать это тебе.

- Человек?

- Да... такой шикарный, в шляпе...

_*_*_*_*_*_*_*_*_*_*_

Глядя в бетонную пустоту над головой я размышлял, читать послание или нет. Сигарета медленно тлела в руке. Руке, которая больше не дрожала. Ни разу, с того дня. Луна пробивалась сквозь маленькое окошко, оставляя на нарах маленький квадратик ярко-синего цвета. Я всё же развернул листок. Из него на ладонь выкатилась плоско смятая сигарета без фильтра и без марки. Маленькими печатными буквами на ней значилось «Одна затяжка - один день». Аккуратно взяв двумя пальцами, я на вытянутых руках донёс её до туалета, и только когда тихий рёв спускаемой воды затих, вздохнул с облегчением. Листок всё ёщё лежал на нарах, словно запечатанный в рамку лунного света.

«Счастье стучится в дверь каждому. Но почти каждый в это время сидит в баре и ищет ответ на дне стакана, верно?

Есть изумительные стихи на эту тему... но тебе виднее. Наверное, они не про тебя.»

Ноябрь 2010 г.



Об авторе:


Шустов Антон Алексеевич
Логин: shustov

Последнее посещение сайта: 19.12.2013 в 3 час.
Публикации на сайте (8)

Последняя прочитанная публикация: "Танцующий с волками" (автор: shustov)

Послать сообщение







Оставьте свой отзыв (0)
 



Текст данной публикации размещен пользователем admin: Чистов Дмитрий Владимирович

Для навигации по текстам, относящимся к данной теме используйте оглавление, представленное в левом поле.

Обсудить текст публикации "Набросок осколков" можно " на форуме данной публикации. В данный момент отзывов - 0.

Для обсуждения темы "Рассказы" можно " на форуме этой темы. В данный момент отзывов - 0.