Повести

Автор: Артем Валерьевич

Легкомыслие. ( сценарий - мелодрама)

Просмотров: 29

1. ИЗ ЗТМ

1. НАТ. МОРЕ – ПЛЯЖ.

Вдоль песчаной насыпи одиноко бродит черный конь. Одна из его ног крепко перебинтована.

За ним следом идет ЕГОР. Он хочет его догнать, но споткнувшись, падает. Конь, играя с ним, также, останавливается, оглядываясь назад. Погоня продолжается, пока они вместе не подходят к самой воде.

Егор подходит совсем близко к волне. И ложиться напротив него, так что на берегу остаётся только его туловище, а ноги уходят в волну.

ЕГОР.

Куда же ты так помчался!? Я так устал тебя догонять: ты слышишь меня? Больше ни шагу! Договорились? Чем - то мы похожи... Не возьму в толк чем?

Конь заинтересовано подходит к нему.

ЕГОР (ПРОДОЛЖАЕТ)

Уважаемый конь, мы можем поговорить с вами лицом к лицу. Видите, какое дело... Меня, наверняка, как и тебя ищут. И нашедши, обязательно
нас с тобой уведут, куда - ни будь, каждого. И кто - то из них сядет тебе на шею. Это уж так повелось в природе. Не сомневайся...

Раздается шум автомобиля. Невдалеке от Егора и его ПЕГАСА останавливается баги. Из него выходят подростки. Девочка МАША и мальчик САША Иволгины. Брат и сестра. На Саше и Маше защитные костюмы для скоростной езды.

Они снимают шлемы и бросают их в машину, быстро выскакивая из нее навстречу коню.

Саша, чуть выше, с ровной, короткой стрижкой, и лицом, которое выражает решительность. Маша, с проплаканными глазами и светлыми волосами, что – то постоянно говорит брату, хватая его за руки.

САША.

Стойте! Не трогайте его!

Он может быть опасен!

Они подходят ближе, чтобы посмотреть, что с ним случилось. Егор, также, встает, осматривая то, что их испугало. Не находя никакой причины для страха.

ЕГОР.

А что случилось? Почему он – опасен?

САША.

Он может быть болен. Мы с сестрой ищем уже его третий месяц подряд. Он одичал. И, вероятно, что подцепил бешенство. Пегаса нужно будет усыпить.

МАША.

Не нужно! Он здоров! Посмотри на него! Больная лошадь не выглядит так хорошо. Разве, в бешенстве, животные не кусаются впадая в ярость?

ЕГОР.

Как по мне выглядит он вполне здоровым. Я снимаю здесь невдалеке домик. В котором ваш Пегас решился переночевать. Хотя в этом будет трудно ошибиться: это он, не так ли?

Егор достает из кармана своих штанов, скомканный бумажный сверток. Развёртывает его. Читает вслух.

ЕГОР. (ПРОДОЛЖАЕТ)

Разыскивается, срочно, черная лошадь. Кличка - Пегас. Он?

Отдает объявление о пропаже Маше в руки. Та, также, его разглядывает, улыбаясь.

МАША.

Да! Это он самый. Наш!

Мы это фото сделали, когда ему было всего лишь два года. А на третий он вырвался из стойла и сбежал! Никто не знает почему?

ЕГОР.

Странное дело, очень странное... Впервые вижу, чтобы кто – то терял зверя крупнее кота и собаки.

Издалека появляется группа людей. Пять человек – рыбаков. Увидев, что Пегас выходит из воды, они начинают подбегать к нему.

Двое из них: один большой, КОНСТАНТИН. Рослый и бородатый рыбак. Второй - это МАТИСС: маленький капитан, с пролысиной, в рыбацких сапогах и капитанском кепи. Вид у них устрашающий, но не много дурацкий. Оба они держат в руках рыбацкую сеть, которую и пытаются натянуть между собой.

РЫБАКИ. (ТОЛПА)

Капитан! Там дети, и какой – то проходимец.

МАТИСС

Наплевать! Стойте! Оставьте лошадь в покое! Что мы зря из-за нее песок месили?

Она должна нам денег!

РЫБАКИ. (ТОЛПА)

Эта скотина за все ответит!

КОНСТАНТИН.

Она слопала наши сети и пробила лодку!

РЫБАКИ. (ТОЛПА)

Уйдет ведь капитан!? Как же так?

МАТИСС.

Быстрей, шевелите ногами! Еще! К воде его прижимай ребята!

Они подходят как можно ближе, но у них ничего не получается.

Маша бросает уздечку, которую принесла с собой. Запрыгивает верхом на Пегаса, и проноситься вскачь, избегая рассерженных рыбаков.

МАША.

Неудачники! Раки! Бездари!

Пользуясь тем, что Маша дразнит рыбаков, отвлекая их на себя, Саша уводит Егора с собой в багги. Они покидают пляж.

Капитан находит на берегу брошенную уздечку. Наклоняется, чтобы ее поднять, но волна накатывает, подтаскивая ее за собой в море. Матисс полуприсевши садиться, смотря на то, как она исчезает в подступившей воде.

МАТИСС.

Упустили.

Накатывает большая волна, за которой ему уже ничего не видно.

2. НАТ – ИНТ. МАШИНА – ДАЧА ИВОЛГИНЫХ.

Мужчина и женщина: пара. Вынуждены уединяться в автомобиле, так как их дом полон неожиданных гостей. Даже из – за стекла слышно их веселый смех, громкую музыку и разговоры.

Ему тридцать один год. Его зовут Александром, но для всех он просто АЛЕКС. Он давно искал место, где можно было бы, сделать предложение своей подруге.

У него, есть свои желания, о которых он вынужден молчать; к нему приехали гости, чтобы поздравить его с долгожданной помолвкой.

Он носит, не снимая обручальное кольцо, хотя его жены уже давно нет в живых. Очень ревностно относясь к ее памяти.

Она красивая, двадцатилетняя карьеристка, которая, с помощью АЛЕКСА, успешного сценариста, хочет пробиться в кино. Ей нужно получить главную роль. А ему нужен образ для своей будущей героини.

ОЛЬГА.

Ты сделаешь, так как хочет она. Ты же можешь и убить, и оживить ее. Затем, повторить это снова, снова, и снова... Если только она это выдержит, как это могу выдержать я.

АЛЕКС.

Я поступлю, иначе, чем ты этого заслуживаешь.

ОЛЬГА.

Как же? Если не секрет?

АЛЕКС.

Секретничать – вынашивать тайну. Тайну, от которой тебе станет не по себе,

Которая заслуживает на твое молчание. Для которой найдутся двое собеседников.

Желательно немые могилы.

В открытое окно с музыкой доносятся голоса людей и наружный шум, мешающий Алексу. Он закрывает свое окно.

АЛЕКС. (ПРОДОЛЖАЯ)

Нам нужно убираться из этого места. Я хочу тебе кое в чем признаться, но только не здесь.

ОЛЬГА.

Так задумано. Я все понимаю... Ты в третий раз разыгрываешь нашу помолвку. Сегодня ты выбрал день ее гибели, завтра у тебя начнется работа, вчера уже никого не волнует.

Она протягивает к нему свою руку, хватая его за запястье. И смотрит ему прямо в глаза.

ОЛЬГА.

Пообещай мне, что ты ее забудешь. Пообещай мне?

Он хочет освободиться, но Ольга сильнее сжимает свою ладонь. Вдруг, для нее, он неожиданно подтягивает ее своей свободной рукой, целуя ее в губы; следует большой, сильный мужской поцелуй.

Егор выходит из машины первым, закрывая за собой дверь. Вытягивает из пачки сигарету. Закуривает.

Когда он курит, мимо него проноситься две собаки. За маленьким кокером бежит мощная, немецкая, лающая овчарка.

Слышен еще один хлопок двери.

На террасе, которая находиться повыше от места, где Егор с Ольгой уже стоят вместе, выделяются четыре фигуры. Одна из них размашисто сидит на широкой детской качели. В одной руке она держит бокал вина, из которого, чуть наклонившись вперед, пригубив, пьет маленьким глотками.

ВИКТОР.

Солнце выжгло меня всего.

Кроме Виктора брата покойной жены Алекса, все остальные молодые люди стоят. Среди них есть и девушка. ЕЛЕНА - сестра Алекса. Она внимательно следит за тем, что происходит у машины Алекса. Прислонившись к дереву она – то и дело, оборачивается к собравшейся компании, весело проводящей свое время.

ЕЛЕНА.

Никто не заставлял вас на шезлонге у бассейна не смотря на всем мои предупреждение, спать на таком солнцепеке.

ВИКТОР.

Я не спал... Я читал и развлекал себя как мог.

ЕЛЕНА.

Хорошее развлечение накрыть себя книгой, подставив как сковородку на солнце самого себя. Если бы вас кинулись позже, то вы напрочь бы облезли. Мазь подошла?

ИГОРЬ.

Она смягчила не только его загар, но и здорово помогла ему размягчиться внутри, душой и телом.

ФРЕНК.

Так он теперь мягок как воск! С утра по – раньше. В полшестого. Вашего согласия мне не надо. Не будем ломать комедию! Бежим? Да или нет?

ВИКТОР.

Ага. Сейчас! Разогнались!

Вы меня проспорили, вместе с Алексом. Вы все страшные, изворотливые заговорщики!

Скажите, хоть, какой предмет спора? Не хочу умереть безрассудно, даром, без всякой надежды на победу.

ЕЛЕНА.

Никогда они не женятся.

ВИКТОР.

Кто? А... Я ничего не вижу отсюда. Бог наградил меня глазам во лбу, а не на затылке.

В вечернем платье к ним подходит модная певица АРИНА.

АРИНА.

Вы очень хорошо живете: от этого и затылок у вас толще. У женщин, которые чувствуют измену глаза по – всюду.

ВИКТОР.

И уши... большие.

Елена, ели сдерживает себя, чтобы не рассмеяться.

АРИНА.

Как там? У них все решилось? Я не могу целые дни просиживать, ждать с моря погоды, смотреться птичкой, слушая Виктора. Шутки не плохи... Шут плох.

ЕЛЕНА.

А где вы были сегодня до обеда? Мы так хотели услышать вас.

АРИНА.

Да, так, гуляла. Осматривала башню. Мне случайно попался мой старый приятель,

поэт, пишущий для меня.

ВИКТОР.

Так вот для чего вам понадобилось пляжное рандеву! Вам нужны поклонники, слушатели. И один, кто бы писал вам, был послушен желаниям своей великосветской музы.

АРИНА.

В чем – то вы правы.

ВИКТОР.

Видишь, Елена! А ты упрекаешь меня, в том,

что мне не хватает чуткости.

Кто - то дружески хлопает его по спине. Тот, вскрикнув, вскакивает, желая ответить тем – же.

ВИКТОР.

Негодяи! Кто из вас? Ну, постойте же у меня! Я с вами поквитаюсь!...

3. ИНТ. ДАЧА ИВОЛГИНЫХ – КОНЮШНЯ.

В небольшом сарае переделом под конюшню Маша холит и чистит нашедшегося Пегаса.

МАША.

Родненький мой Пегасик.

Такой не послушный, такой упрямый. Хочешь яблочко? Не хочешь? А в сад? Там ты выберешь себе, то, что тебе понравиться больше всего на свете.

Дверь со скрипом отворяется. Входит Саша.

МАША (ПРОДОЛЖАЯ)

Ты меня так перепугал!

Не уже ли нельзя было шепотом сказать, что это ты.

САША.

Это - я.

МАША.

Тише, тише. Не обращай на него внимание. Ешь... Принесла ему не много свежего сена. Позвонила МИТЬКЕ. Говорю, привези. Нужно по зарез Пегаса накормить. Ты отвез его?

САША.

Невдалеке с гостиницей живет. Снимает себе дом. Зовут Егором. Я сказал ему, чтобы он завтра приходил к нам за вознаграждением.

МАША.

А что он?

САША.

Пригласил меня к себе в дом, накормил супом, сказал – будет. А что? Я был голоден как волк! Ты меня совсем загоняла с утра; поехали сюда - нет. Поехали, туда - нет... Ты уверена, что он ничего не подхватил?

МАША.

Митяй, сказал, что здоров как бык! Только вот что. Видишь?

САША.

Так и знал, что он попал под колеса.

4.НАТ. КОНЮШНЯ – КВАДРОЦИКЛ

Гаснет свет. Саша и Маша выходят из конюшни. Рядом с ней выгружена большая куча затюкованного сена. Вешают замок на дверь. Их освещает фонарь, прикреплённый на столбе.

САША.

Ого! Да, тут выспаться можно.

МАША.

Это он так меня любит.

Они проходят вдоль выгона для лошадей. У самого забора их встречает молодой парень, МИТЬКА, который чем – то занят у квадроцикла. Он пытается его завести. На нем рабочая – роба: и сам он выглядит довольно чумазо. Он друг Маши и сын фермера.

САША.

Привет!

МИТЬКА.

О! Привет! Я застрял. Никак не могу завести этот трактор. Черт! Батя штаны спустит. Знаете, что! Никуда я не поеду! Уже слишком темно.

МАША.

Так оставайся! Правда, в дом тебя никто не пустит. У нас московская богема собралась. Отец опять жениться...

САША.

Через неделю здесь никого из взрослых не будет. У них новое кино намечается.

МИТЬКА.

Так что?

МАША.

Это надо отметить. По -человечески.

МИТЬКА.

В прошлом году это закончилось плохо.

МАША.

Саша. А ведь Митька трус! Трусишка.

САША.

Его коровы на ферме испортили совсем.

МИТЬКА.

Кто? Я!? Ну, нафиг! Жрете всякую гадость... С больной головы на здоровую. А на похмелье просите: сгоняй за самогонкой... Митьке. Кому же еще?

МАША.

Ты просто не представляешь, как мне надоели уже за эти дни все его гости. Это ужас! А теперь как говорит моя тетя. Всем умываться и спать!

МИТЬКА.

Строгая она у вас.

МАША.

Просто на нее все свалились.

Митька шутя заваливается на Машу.

МИТЬКА.

Вот так! Подымите меня...

МАША.

Отцепись... Ты же грязный весь. Саша! Помоги!

Саша пытается их расцепить. Смеются.

5. НАТ – ИНТ. ДАЧА ИВОЛГИНЫХ - САД – БЕСЕДКА

Митька бродит по саду. Как видимо он уже бывал в нем не раз. В нем есть, яблоки, абрикос, гранат. От дачи его огораживает арка с виноградником. Сад выглядит не совсем ухоженным; он умывается у колонки. В самом дальнем краю него находиться дощатая беседка, в которой ему уже постелено.

Подходя к месту своего сна, он скидывает с себя полотенце. Кладет на круглый столик его, мыло и свой телефон. Ему совсем не спиться. Был тяжелый день. Иногда, по дорожке, которую видно из беседки, проходят гости. Они тоже устали.

Митька смотрит на ночное небо. И начинает считать звезды.

МИТЬКА.

Одна, две, три, четыре; луна; окно: одно, два, три...

Берет со стола телефон. Пишет SMS.

МИТЬКА.

Спишь?

МАША.

Не спиться.

МИТЬКА.

Поговорим.

МАША.

Нет. Нет!!! (смайлик)

Митька рассержено швыряет телефон по столу.

В беседку заходит певица Арина. Садиться на плетенный, с противоположной стороны Мити стульчик, и закуривает.

АРИНА.

Ты, чей мальчик?

МИТЬКА.

Свой. Разве не похож?

АРИНА.

Дети своими не бывают.

Они всегда кому – то принадлежат! Ты, наверное, сюда приехал с кем – то из его друзей. Послушай, если кто спросит: ты не видел, такую, яркую брюнетку,

с длинной косой, которая поет?

Тут, к Мите доходит, что незнакомка – это известная, новомодная звезда.

АРИНА. (ПРОДОЛЖАЯ)

Кто бы тебя ни спросил. Говори. Не видел, не знаю, спал.

МИТЬКА.

А если, я скажу правду?

АРИНА.

Смотря какую. Об этом ни слова.

Струшивает в пепельницу пепел.

МИТЬКА.

Правда, в том, что у меня сломался «трактор», что она не будет со мной разговаривать,

что мне скорей всего влетит завтра.

АРИНА.

Действительно. Не просто.

Митя разворачивается к ней своей спиной, заворачиваясь с головой в легкое покрывало.

Свет на даче Иволгиных в окнах угасает. Лишь небольшое количество софитов и фонарей, создают панораму того, что на этом месте, есть какая – то живая человеческая жизнь. Наступает полная ночь.

6. ИНТ. ДАЧА ИВОЛГИНЫХ - ЗАЛА.

Просторная, двухэтажная дача, из которой открывается вид на море. Наверху находиться четыре спальни, а внизу за широкими окнами, несколько комнат, совмещенных вместе. У самого окна стоит рояль с кожаным стульчиком, за которым сидит Игорь. Он наигрывает какую – то короткую, запоминающуюся мелодию.

В открытой кухне из залы видно, как Елена с Ольгой возятся с готовкой завтрака.

По единственной лестнице, ведущей наверх, спускаются один за другим АНДРЕЙ, МАТФЕЙ, ОЛЕГ и жильцы.

АНДРЕЙ.

Доброе утро всем! Я друг его друга.

МАТФЕЙ.

У вас здесь прекрасные виды на море!

ОЛЕГ.

Меня зовут Олегом. Не переживайте. Их не нужно кормить. Мы идем купаться и работать!

Новоявленные гости часть съёмочной бригады, приехавшая чтобы увидеть место сьемок воочию.

ОЛЬГА.

Они идут купаться и работать. Вы это слышали? Как вам это нравиться?

ИГОРЬ.

Люди истосковались по морю. Дайте им возможность прийти в себя!

Игорь ударяет по клавише. Прекращает играть.

ИГОРЬ.

Прекрасное начало дня!

Доброе утро Алекс!

АЛЕКС.

Кто впустил их в дом!?

ЕЛЕНА.

Я! Ты же мне вчера говорил,

что, если вдруг приедут от КРАВЦОВА, то пусть ночуют. Что же я должна была им на улице постелить?

АРИНА.

Некоторые люди не гнушаются и свежего воздуха.

АЛЕКС.

Ну, хоть вы не говорите загадками.

ЕЛЕНА.

А куда подевался мой братец и Френки?

ИГОРЬ.

А как вы думаете? Они решили окончательно добить себя физическими нагрузками

с удочкой и веслом. Они пошли за рыбой.

АРИНА.

Что же они не будут устраивать бега?

ИГОРЬ.

Бега перенесены на ближайшее время.

АРИНА.

Мне тоже нужно идти.

ОЛЬГА.

Завтрак по расписанию! Просим не опаздывать!

ЕЛЕНА.

Оля, она уже второй день живет на фруктах; не ест ни хлеба, ни мясного. Диета. Ну, нам это только на руку... Мы меньше готовим.

Обеспокоенно осматривается.

ЕЛЕНА. (ПРОДОЛЖАЯ)

После, того, как он выгнал Марию, нашу домработницу. Мне прибавилось хлопот.

Ему же все равно, что мы будем есть. И для чего все это нужно.

Обиженно тычет лезвием ножа в курицу.

ЕЛЕНА. (ПРОДОЛЖАЯ)

Три года уже как нет Сашеньки, а он все никак не может забыть. Ты – то ему, зачем нужна?

ОЛЬГА.

Как, зачем? Он любит меня!

ЕЛЕНА.

Ему ты можешь говорить, что угодно и когда угодно. Мне только ваша любовь порядком надоела... Это ответ первокурсницы, лепестка ромашки, первой встречи... Не обижайся. Ты знаешь из – за чего ушла Мария?

ОЛЬГА.

Нет.

ЕЛЕНА.

Он вышвырнул ее за дверь только из-за, того, что та зашла в ее комнату, и прошлась своей метелкой по ее фотографии. Это не любовь! Это заболевание! Он как Синяя Борода: напоминает мне хозяина комнаты, за которой таиться, что – то жуткое, пугающее...

ОЛЬГА.

Ты ревнуешь ее к нему.

ЕЛЕНА.

Я желаю ему счастья. Как и тебе... Мой муж не оставил мне детей. Но ей удалось... Я не понимаю, как? Даже со своей смертью все настроить на свой лад: мужа, детей, меня, тебя. Всех.

ОЛЬГА.

С этим же нужно, что – то делать!

ЕЛЕНА.

Найди себе другого человека.

ОЛЬГА.

Другого человека, другого мужчину... Кого ни будь... Кого ни будь другого. Елена, ведь он может быть моим...?

ЕЛЕНА.

Тогда смирись с ней.

7. ИНТ-НАТ. ДАЧА ИВОЛГИНЫХ – СПАЛЬНЯ ПОКОЙНОЙ ЖЕНЫ – БАССЕЙН.

Нам открывается вид на комнату покойной жены. С момента ее смерти в ней практически ничего не изменилось. Кровать, из которой, три года тому назад поднялась она; вещи, книжная и мебельная пыль, цветы от которых остались одни шипы; все это хотя и тронуто тлением, но можно сказать, что оно храниться в идеальном порядке.

Но дверь в нее открывается. Входит Маша. Она проходит по разным углам, смотрит во все стороны. Что – то ищет.

Слышны отдаленные шаги по коридору.

АЛЕКС.

Саш, а где Маша подевалась?

САША.

Маша?

АЛЕКС.

Да. Где она?

САША.

Я видел, как она с утра убежала в сад. У нее же только одно на уме.

АЛЕКС.

В который раз вам нужно говорить, чтобы вы бросили эти бессмысленные поиски.

САША.

Ты убеждал нас, что он тебе по-настоящему дорог как память. Мы с сестрой подумали, что это так важно для тебя.

АЛЕКС.

Не настолько, чтобы подвергать вас опасности.

Маша, краешком глаза выглядывает из – за двери. Она, видит, как отец достает из кармана свой телефон. Стараясь, как можно тише она подбегает к окну: отперев его, выбрасывает свой телефон.

Тот падает в бассейн.

МАША. (ПРО СЕБЯ)

Дура.

Алекс замечает, что дверь не много приоткрыта. Он подходит к ней.

АЛЕКС.

Маша? Ты здесь? Выходи не медленно!

Я хочу с тобой поговорить.

Заходит в комнату сам. Но там уже никого нет.

Маше удалось незаметно проскочить в другую комнату. Как только Алекс вошел в спальню жены, она тут же бросилась к лестнице. Убегает.

АЛЕКС.

Маша! Стой! Стой кому говорю!

Не получив ответа Алекс находит у зеркала ключ от злосчастной комнаты, который после себя оставила Маша. Прячет этот ключ. И берет другой, тот, которым он открывает у дамского столика с зеркалом тумбочку, где в тонкой папке лежит недописанный сценарий и газета с заголовком, и фотографией, о трагической автомобильной катастрофе. Алекс берет с собой сценарий.

В комнату входит Ольга.

ОЛЬГА.

Ты ее напугал. Так нельзя!

Почему ты не можешь ей рассказать об этом?

АЛЕКС.

Не могу.

ОЛЬГА.

Ты хочешь, чтобы она всегда смотрела как ты сходишь с ума. Тебе пора закончить

этот последний день. Мне надоело играть в прятки с твоей женой.

АЛЕКС.

Чем!? Последними словами моей жены? Как я смогу объяснить пятнадцатилетней девочке. Что, ты и я... что мы виноваты в ее гибели!

ОЛЬГА.

Мы!? В чем же мы виноваты?

Ты же говорил, что перед ней неожиданно появился черный жеребенок,- подарок для детей. Что это было, почти случайно...

АЛЕКС.

Я врал. Но, ты ничего не понимаешь.

ОЛЬГА.

Как мне понять, то чего ты не говоришь.

АЛЕКС.

Я привык хранить правду для одного человека.

ОЛЬГА.

Хочешь, сказать мне, что я не тот человек. Да, кончено, мне трудно дать твоим детям

настоящую мать. Я никогда и не буду ей. А может... я и не та женщина? Женщина, с которой ты бы обо всем забыл.

АЛЕКС.

Нам нужно ехать. Убираться отсюда!

ОЛЬГА.

Ну, куда? Куда ты хочешь убежать?

АЛЕКС.

Тебе это надо прочесть.

ОЛЬГА.

Мне?

АЛЕКС.

Да. Тебе. Ты же сама хочешь покончить с ней.

ОЛЬГА.

Я!?

АЛЕКС.

Да, ты! Тебе ведь нужно это. Не так ли?

ОЛЬГА.

Я хочу, чтобы ты стал, наконец, самим собой! Вот и все, что мне надо от тебя!

АЛЕКС.

Едим со мной! Едем к ней! Едим, если ты... Ты так хочешь от нее избавиться! Что же ты молчишь? Едим... Если она так тебе ненавистна. Что тебе терять? Она ждет...

ОЛЬГА.

С меня довольно этого сумасшедшего дома! Но я поеду... Поеду, потому что там пусто. Ты сам в этом убедишься!

Ольга идет следом за Алексом, который ведет ее за руку.

8. ИНТ – НАТ. ДАЧА ИВОЛГИНЫХ - ЗАЛА - МАШИНА АЛЕКСА – МЕСТО КАТАСТРОФЫ.

Елена, прижимая Машу, успокаивая ее, сидит с ней рядом на одном из диванчиков.

ЕЛЕНА.

Алекс? Ольга куда вы?

Ни сказав никому ни слова они проходят мимо.

Идут быстрым шагом по дорожке к машине, что припаркована вместе с остальными у самого двора. По пути им попадаются Виктор, Фрэнк и Игорь. Что с интересом рассматривают незамысловатый утренний улов. Ведь в садке у рыбаков, кроме одной - совершенно ничего нет.

Виктор, Фрэнк и Игорь провожают их своими глазами до самой машины.

Машина Алекса очень быстро развернувшись, выезжает на дорогу. И на высокой скорости уходит от дачи, скрываясь из виду за подъёмом дороги.

ИГОРЬ.

И какая муха их кусает?

ВИКТОР.

И яду этой мухи хватает на двоих.

ФРЕНК.

Новобрачные...

Из переднего лобового окна машины Алекса, какое – то время видна выступающая впереди дорога.

ОЛЬГА.

Алекс прекрати давить на педаль газа!

Придя в себя Алекс, спокойно снижает скорость.

ОЛЬГА. (ПРОДОЛЖАЯ)

Объясни все как есть и не трави мне и себе нервы. Тут нет никого, кто бы помешал тебе сказать обо всем

что тебя так мучает.

Возможно, что она тоже желала бы расстаться,

уйти свободной от твоей невероятной тоски…

Машина Алекса проезжает крутой горный серпантин.

ОЛЬГА. (ПРОДОЛЖАЯ)

Представь, что она жива, что в ней живет та женщина, которую ты знал. Но это другой мир... Ты одел на него наручники... В другом мире, где ты требуешь от нее постоянного над ней присмотра; ты привязал ее к себе этими цепями.

Они въезжают и покидают туннельную часть дороги.

АЛЕКС.

Мы на месте. Это совсем рядом.

На участке ровной дороги, с одной стороны, которой находиться глубокий овраг, уходящий к самому берегу морю их машина останавливается.

Алекс с Ольгой выходят на крутой берег. Это - обрыв из крепкого песчаника, из которого вылетают, подымаясь и опускаясь, береговушки. Вид песчаных ласточек, которые строят свои гнезда близко у воды.

Где – то там, на камнях Ольга видит обгоревшие, поддавшиеся коррозии обломки. На них сидят птицы.

АЛЕКС.

Ты прочтешь это сегодня или завтра, ты можешь читать это каждый день. В конце – концов, она была права. Держи.

Он отдает ей листы недописанного ним сценария, и присаживается, чтобы закурить.

АЛЕКС. (ПРОДОЛЖАЯ)

Я начал писать его, когда мы уже встречались. За час до своей гибели... она написала это.

ОЛЬГА.

Здесь написано: Саша Другой. Другой?

АЛЕКС.

Другая – это ты и я.

ОЛЬГА. (ЧИТАЯ СЦЕНАРИЙ)

Я не знаю, как долго он будет с ней. Я не знаю, как больно брошенной женщине.

Но я чувствую и измену, и боль, и ее присутствие. Хотя, быть может, что я ошибаюсь. Нет! Это не ошибка! Я знаю, что она есть, что это измена, поэтому я умираю... Я умру не от того, что он изменил мне, а от того, что он убил во мне любовь.

Ольга прилипает глазами к одной точке.

АЛЕКС.

Теперь ты понимаешь, что это - я виноват. Я убил ее! Я убил ее вот этими руками!

ОЛЬГА.

Ты ни в чем не виноват! Алекс! Алекс, это было совпадение... Ужасное, немыслимое совпадение... Не больше... Она просто как – то узнала о нас с тобой! Она мстит нам!

АЛЕКС.

Она абсолютно ничего не знала. У нее не было даже намеков, мельчайших,

свершенных нами и замеченных ею ошибок. Ни запахов, ни вкуса, ни твоих и моих голосов, ни нашего тела, ни оправданных подозрений. Ничего! Ничего не было, что могло бы дать ей повод

уловить меня в измене. Откуда же она все об этом

смогла узнать, Господи!?

Ольга хочет выбросить этот лист бумаги. Алекс бросается на нее и желает вырвать из ее рук сценарий. Плашмя катаясь у обрыва, они, и не замечают, как долго уже находятся в таком состоянии борьбы.

Летят клочки бумаг.

АЛЕКС.

Отдай!

ОЛЬГА.

Нет! Я вырву ее из твоего сердца!

АЛЕКС.

Отдай, иначе ты до конца своих дней будешь

второсортной актрисой!

ОЛЬГА.

Лучше, я буду всю свою жизнь безработной, чем она будет твоей первой женой!

Обессилев Ольга сдаётся.

Смеётся над ним.

ОЛЬГА.

Алекс, ты знаешь: ты ненормален.

АЛЕКС.

Тогда отпусти меня... Я поговорю с Кравцовым.

Он даст тебе свою лучшую роль. Ты хочешь сыграть Эльзу!? Ведь, ты замечательно играешь нашу третью помолвку. Тебе надо только побыть собой.

ОЛЬГА.

До этого ты не мог мне сказать про нее? Какая удивительная женщина!

Даже будучи уже не живой, она делает то, что ей нужно. И получает - это.

Алекс уходит к машине оставляя ее совершенно одну. Она подымается, приводит себя в порядок; собирает разбросанные листы сценария. Но некоторые из них сдувает налетевшим ветром.

ОЛЬГА.

Все равно ты будешь моим.

Алекс возвращается к ней.

АЛЕКС.

Оставь этот хлам в покое. Я запомнил все как есть.

ОЛЬГА.

Я возьму это для себя.

АЛЕКС.

Как хочешь.

Далеко в небе собираются дождевые облака. День из яркого и солнечного становиться тусклым, так как на побережье набегают тени. Погода у побережья портиться.

Несколько вырванных из рук Ольги листов, вдруг подхвачены тем же ветром.

АЛЕКС.

Брось их! Нам нужно идти. Елена волнуется.

ОЛЬГА.

Нам нужно проститься с ней.

АЛЕКС.

Не испытывай мое терпение.

ОЛЬГА.

Я скажу ей, то, что должна сказать.

Стоя у самой машины, Ольга прощается с местом катастрофы, и с покойной женой Алекса.

Она громко кричит.

ОЛЬГА.

Прощай Сашенька! Прощай!

Прости меня, если сможешь!

Накрапывает дождик.

9. НАТ – ИНТ. ПОБЕРЕЖЬЕ – МАШИНА – ДАЧА ИВОЛГИНЫХ.

Дождь усиливается и превращается в ливень.

По дороге назад Алекс и Ольга, возвращаясь, к себе на дачу, встречают певицу Арину и совершенно незнакомого для них человека. Это – поэт Егор.

Он как - то пытается укрыть свою подругу от дождя. Накрывает ее своим плащом, но это им обоим никак не помогает.

Машина Алекса останавливается. И они мигом влетают в нее до нитки промокшими, но все же радостными. Им повезло поймать для себя и транспорт, и укрытие.

АРИНА.

Как же я обрадовалась, когда увидела, что вы выехали к нам навстречу. Это же сущее бедствие!

ЕГОР.

Льет как из ведра! Спасибо... Вы нас буквально вытащили из воды!

АРИНА.

Посмотри на меня! Платье, волосы, босоножки... ручьем... В сумочке вода!? Там же моя косметичка, телефон, твои стихи! Ужас!

Арина усердно перебирает все ее внутренности. Переворачивает. Из нее льётся немного дождевой воды.

АРИНА. (ПРОДОЛЖАЯ)

Алекс, прости, пожалуйста!

ОЛЬГА.

Так вы шли обратно к нам?

АРИНА.

Егор, предложил проведать Пегаса.

ОЛЬГА.

Как? Пегаса!?

АЛЕКС.

Ты не слышала?

ОЛЬГА.

Нет. Я уснула раньше тебя.

АЛЕКС.

А вы Арина?

АРИНА.

Кроме, того, как за стеной храпит Виктор. Мне ничего слышно не было.

АЛЕКС.

Кроме лошадиного ржания. Никто ни о чем... Это и не удивительно. Лучше бы было бы услышать, о чем он смеётся.

АРИНА.

Верно, ему приснилось что ни будь комичное. А вот и наша дача!

ЕГОР.

Может переждем самый дождь?

АРИНА.

Что ж я теперь... Толку мало. Мокрая как курица.

АЛЕКС.

Ольга, сейчас... Сейчас я открою. Подожди.

Машина останавливается у дачи Иволгиных. Из нее быстро выбегают пассажиры и он: Алекс отрывает дверь со своей стороны певице Арине, затем оббегает машину, выпуская Ольгу.

Они бегут к входной двери.

Заходят в дом.

10. ДАЧА ИВОЛГИНЫХ – ЗАЛА - БАССЕЙН – КОМНАТА ПОКОЙНОЙ ЖЕНЫ - КАБИНЕТ КРАВЦОВА.

Виктор подкармливает пойманную Френком и Игорем рыбу, которая плавает в стеклянной банке; Игорь и Фрэнк молчаливо играют в шашки. Трое незваных ночных гостей, что также убежали от дождя, осматривают, взятые для сьемок камеры.

АНДРЕЙ.

Взял бы мыльницу. Не жалко... А так сиди теперь, трясись над объективом.

ОЛЕГ.

Все - таки заляпал! Влез без фильтра в самую грязь!

АНДРЕЙ.

Как же тут не заляпаешь, когда надо показать...

Когда пустился такой дождь, что ничего невидно!

Елена, Ольга, Фрэнк, Алекс и его дети слушают историю о Пегасе.

Егор сидит в кресле в банном халате

АЛЕКС.

Так он цел? Саша и Маша сказали, что у него задняя нога перебинтована.

ЕГОР.

Я, когда подошел к нему после аварии, то тоже подумал, что – все. Отбегал конь. Он лежал совсем как мертвый... Из-под него кровь бежит, звуков никаких не издаёт...

ЕЛЕНА.

А что дальше?

ЕГОР.

Я его решил похоронить... Можете это взять за странность... Как - то жаль стало, что так вот будешь идти каждый раз к морю, а тут он... Труп лошади, собаки, вонь... Кому это понравиться? Вызвал эвакуатор, знакомого доктора, чтоб убедиться, что он действительно погиб. ДОКТОР только к нему наклонился, - сердце слушает и говорит: Егор, какого...? Ты что это? Он же живой! Только как без сознания, и нога изодрана глубоко... Пожил у меня недели три, пока не зажило совсем.

АЛЕКС.

Серьезно? Это как же вам взбрело в голову такое: привезти лошадь эвакуатором!?

К слушателям присоединяется Арина. На ней тоже банный халат.

ЕГОР.

Какая им разница? Немного удивились, порассуждали... Да, и взяли, как за авто.

АЛЕКС.

Что же вы раньше молчали?

ЕГОР.

Я не знал, что он кому - то был нужен. Он же у вас уже давно в бегах как я понял?

ЕЛЕНА.

Уже, где – то около года.

ЕГОР.

Встал на ноги и убежал... Странный конь... Я вообще подозреваю, что он сжульничал со мной. У животных, иногда, в случае опасности инстинкт срабатывает: притворись, замри, не дыши... Как все обошлось. Беги куда глаза твои глядят!

ВИКТОР. (СМЕЕТСЯ)

Это на него похоже. Цыганский конь.

АРИНА.

Виктор!

ВИКТОР.

Молчу.

ЕГОР.

А по – мне так он поэтический.

МАША.

Его и отец так назвал, ведь он пишет…

АЛЕКС.

Если с ним что ни будь, случается, то он

превращается из обладателя копыт и гривы, в существо, которому даются крылья.

Так вы пишете для Арины?

ЕГОР.

Как умею.

АРИНА.

Не скромничайте. Он хорошо сочиняет.

АЛЕКС.

Что – же. Все ясно. И как все ясное это просто! Что я вам должен?

ЕГОР.

Ничего.

АЛЕКС.

Я так и подумал. И все же, предлагаю, вам и доктору,

зайти к нам в гости. Вы видели, как снимают кино?

ЕГОР.

Нет.

АЛЕКС.

Вот и хорошо. Ваш друг...

АРИНА.

И я!

АЛЕКС. (ПРОДОЛЖАЯ)

И вы... И он. Желающие?

Виктор и Фрэнк подымают вверх свои руки.

АЛЕКС. (ПРОДОЛЖАЯ)

Я думаю, что завтра тут начнётся...

Во входную дверь входят неизвестные ГОСТИ. У некоторых в руках, спальники и матрасы.

АЛЕКС.

А вы кто такие?

ГОСТИ. (ТОЛПА)

Мы? Как кто мы такие? О чем говорит этот человек?

АЛЕКС.

Да, вы! Вы все откуда? Кто вас звал?

ГОСТИ. (ТОЛПА)

Я осветитель. Гример. Он со мной!

ГОСТИ. (ТОЛПА)

Кравцов, сказал, что мы можем располагаться как дома.

АНДРЕЙ.

Александр Гаврилыч, они с нами.

Те, проходят дальше, глубже сквозь гостиную, где присевши на коврике, сидят их коллеги. Они жалуются им на погоду, время, дорогу. На все – то, на что могут жаловаться люди, которых бросили на произвол судьбы.

ЕЛЕНА.

Он так им это и сказал!? Какой же бессовестный этот твой Кравцов...

АЛЕКС.

Он хочет выжить меня из дачи. Он выживает меня из шкуры. Думает я буду писать лучше, если меня привести в нужное состояние стресса...

Раздается звонок телефона. Алекс берет свой телефон в руки и отходит в сторону.

АЛЕКС. (ПРОДОЛЖАЯ)

Ну, сейчас он у меня получит! Это же Бог знает, что такое!

Алекс, выходит на улицу, где уже почти распогодилось, и солнце, вновь освещает своими лучами дачу и морское побережье. Прямо перед ним, еще всхлипывающий от последних капель дождя бассейн.

Он подходит к шезлонгу, на котором недавно, получил, свой солнечный ожег, Виктор.

Над ним висит солнечный зонт.

Он берет в свои руки, отложенную Виктором книгу, чтобы прилечь. И устало падает "мешком", продолжая свой разговор с Кравцовым.

Кравцов сидит в своем рабочем кабинете. Перед ним на столе лежат фотографии Ольги, Алекса и Егора. Они размещены на репродукции картины Айвазовского "Прогулка по воде". Ведя свой разговор со своим сценаристом он то и дело, словно колоду карт тасует, перекладывает, меняет их местами.

КРАВЦОВ.

Я рад, что ты решился все изменить. Она, конечно, тебя использует... Ну, ведь тебе самому нравиться такая игра

в кошки – мышки.

АЛЕКС.

Это женщина меня одолела. Скажи мне: мышка может съесть кошку? У меня такое чувство, что меня обставили.

КРАВЦОВ.

Смотря, какого размера. К примеру, та, что тебя интересует, как образ,

то эта будет очень маловата для кошки средних размеров. Что касается Ольги, то тут все зависит от аппетита. За что – то ведь она тебя любит?

АЛЕКС.

Только, что за талант. Но я не пойму этого много или мало?

КРАВЦОВ.

Пора бы тебе старина забыть. Сколько это еще может продолжаться: год, два...?

АЛЕКС.

Ты же понимаешь, что после нее все не то.

КРАВЦОВ.

Подойди к этому вопросу, с другой стороны. Работа стоит. Сценарий не пишется... Твои дети растут!

И они хотят видеть живого отца, а не призрак мучительного счастья.

АЛЕКС.

Он дописан. Сегодня поставил - «точку».

КРАВЦОВ.

А я тут утираю тебе сопли как родная мать! Что же ты все это время молчишь!

АЛЕКС.

О чем тут говорить: двое людей никогда не видев друг друга, разговаривают

и слышат, так, как будто они знакомы вечность.

КРАВЦОВ.

Эээ... Ну, хорошо! Отлично! Сбросишь мне для ознакомления.

Закончив разговор с Кравцовым, Алекс подымает книгу, которую он до этого положил у шезлонга. На ней написано – ПОЭЗИЯ. Открывает на произвольной странице, встречает стихи Егора. Читает про себя один из куплетов.

Ольга в тайне проникает в комнату его жены. Она подходит к окну и видит, как тот занят чтением. Она смотрит на себя в зеркало.

Подымает положенное плашмя фото покойной жены Егора. Смотрит то на себя, то на нее... Изображение жены полностью затерто маркером. И затем, обратно, кладет его, так как оно было.

ОЛЬГА. (ПРО СЕБЯ)

Почему же он не запер?

Почему он так верен?

Почему у него на все есть ответы? Почему? почему? почему...?

Незаметно для себя она засыпает.

11. ДОМ ЕГОРА.

Алекс втайне от Ольги проводит мужской мальчишник. Сидят в застекленной веранде не большого дома.

Со стола произноситься первый тост. Из – за стола встают Виктор и Фрэнк.

ИГОРЬ.

Вы спорили, что ему не видать Ольги как своих глаз! Что вас опять хотят провести, разъехавшись ни с чем. Кто из вас говорил, что

ставки один к трем утраивают выигрыш? А?

ВИКТОР.

Ты.

ФРЭНК.

Игоречек, мы же бедны как с паперти. Дай возможность отыграться. Ну, хоть один раз! Не больше.

ВИКТОР.

Честное слово! Никогда не буду играть на мужчину и женщину! Это пустая трата времени.

ЕГОР.

И денег! (пьяно)

Фрэнк снимает с себя свою шляпу и переворачивает ее так, чтобы туда можно было что ни будь положить.

Виктор роется у себя в карманах. Достает ключи. Бросает туда - же.

ВИКТОР.

Как же ты теперь без машины?

ФРЕНК.

Это от квартиры. Старые... Но учтите замок стоит новый, немецкий. Чуть что всех наповал положит.

ИГОРЬ.

Не густо.

ЕГОР.

Жиденько... И даже не звенит совсем.

ИГОРЬ.

До чего же вы все жадные,

когда дело касается женитьбы нашего лучшего друга. Еще! Сюда – же. Пошевеливайтесь скряги!

Фрэнк бросает в кепку пачку сигарет.

ФРЕНК.

С этого дня совсем некурящий. Бросил!

ВИКТОР.

Обещаю на протяжение нашего отдыха гримасу. Никаких шуток, издевательской улыбки. Мертвую маску покойного человека.

ИГОРЬ.

И...

ВИКТОР.

Если я, нарушу за это время слово, данное мной, то пусть меня настигнет

кара... и...

АЛЕКС.

И ты сядешь верхом на лошадь.

ВИКТОР.

Но, я же совсем не умею ездить на чужих ногах...

Вы меня ободрали как липку!

ИГОРЬ.

Это уже невесть что. Но не так и плохо. Выпьем за помолвку!

Пьют и садятся за стол.

ФРЕНК.

Алекс, честно. Как ты решился?

АЛЕКС.

Я ничего ей не сказал.

ФРЭНК.

Что!?

ВИКТОР.

Это уже даже не смешно.

ЕГОР.

Она согласна. Успокойтесь...

ВИКТОР.

А вам, откуда знать?

АЛЕКС.

Да. Это так... Она согласна.

ФРЕНК.

То, ли я чего – то не понимаю, то ли надо выпить еще, чтобы все прояснилось.

АЛЕКС.

Видишь ли, дорогой мой и старый друг. Сегодня разговаривая с Кравцовым, мне попалась книга,

разрешившая мои сомнения.

ВИКТОР.

Интересно. Это или библия - в чем я очень сомневаюсь. Или же это что - то кубинское. Тебе же нравиться кубинец Хемингуэй.

АЛЕКС.

Он мне нравиться, но это не он.

ВИКТОР.

Затрудняюсь найти подходящего автора.

АЛЕКС.

Ты оставили ее. Я поднял...

Это был твой томик стихов.

ВИКТОР.

А! Это подарок Арины! Она так долго совала его мне в руки, что мне пришлось поневоле ей уступить... Я все равно в этом ничего не понимаю.

АЛЕКС.

Егор Витальевич?

ЕГОР.

Так женщина погибшая, ушла

не задержавшись, и не возвратившись в чужую память словно имена на кладбищах написанные с датой. Пуста, пуста могила для обид! Для мира, разделившего усталость! Как трудно правду одному хранить, ушедшему женой твоей любимой. (читает стихи)

ВИКТОР.

Хочу взять гитару... и спеть. Жалобно.

ИГОРЬ.

Задушевно. Эх... За ваше здоровье!

ЕГОР.

Плохи. Писалось не в духе... Припадок старой и давно брошенной мною жизни.

Возьмите... Там на кушетке во дворе лежит шестиструнная.

Звонок в дверь.

АЛЕКС.

Это они... Пришли.

ФРЕНК.

Еще даже не вечер, а уже сходятся. Этот ваш Кравцов не даст никому ни минуты покоя.

АЛЕКС.

Скажите, спасибо, что не все сразу пожаловали. Егор согласился впустить часть наших гостей к себе в дом.

ЕГОР.

Пустяки Александр Григорьевич! Я ведь, один...

Интересно будет посмотреть, чем вы живете.

АЛЕКС.

У меня к вам такие – же вопросы.

Виктор уходит и возвращается с гитарой. Следом за ним идут трое гостей: Андрей, Матфей и Олег.

ВИКТОР.

А вот и мы!

АЛЕКС.

Это ваш новый ночлег. До завтра ночуете здесь,

а там придет господин начальник. Сами с него требуйте... апартаменты. (К вошедшим гостям)

ЕГОР.

По мне так можете вообще не ложиться и не спать.

Только, если на глаза соседям попадетесь. Спросят:

кто? Отвечайте: в гостях...

АНДРЕЙ.

Хорошо. Так мы вам не помешаем?

ВИКТОР.

Да, нет. У нас мужская компания. Располагайтесь... Водочки?

ЕГОР.

Тут одно место... Туда можно перетащить кровать. К примеру... Это холодильник, и то, что можно было бы назвать пять лет тому назад кофеваркой. Ну, кофе у меня не водиться. У меня бессонница по жизни без всякой помощи кофеина... Это вы сами... (открывает холодильник, показывает пальцем где находиться сан - узел) Это вы тоже сами!

МАТФЕЙ.

Хозяйка, небось, тоже из прошлого?

ЕГОР.

Хозяйка!? Хозяйка моя покойная тетка.

МАТФЕЙ.

А. Понятно... Простите.

ЕГОР.

Ничего страшного. Что - то... Шатко мне!

ВИКТОР.

Егор Витальевич, возвращайтесь к нам!

ИГОРЬ.

Принимайте этот утлый островок за Мадагаскары и рай в шалаше.

АНДРЕЙ.

Если, только он совсем маленький.

ИГОРЬ.

В самый раз для людей которые пьют по маленькой. (разливает спиртное по рюмкам)

АЛЕКС.

Всем кроме него.

ЕГОР.

Я пас! Я пьян!

Виктор что напевает на гитаре.

11. ИНТ - НАТ. УТРО. ДОМ ЕГОРА – БЕЛАЯ БАШНЯ – ТРОПИНКА.

Мальчишник перерастает в мужскую пьянку. Компания друзей и Егор ранним утром уходит к "белой башне". Остаются только киношники и «бутылочный» стол.

АНДРЕЙ.

Доброе утро! Похмелье - начало пьянки.

МАТФЕЙ.

Кто сказал?

АНДРЕЙ.

Доктора.

ОЛЕГ.

Еще день, два. И, начнешь, к этому привыкать. Невозможно быть все время в таком напряжении.

МАТФЕЙ.

Расслабься.

АНДРЕЙ.

А если, это есть его физическое состояние - расслабленность.

ОЛЕГ.

Лишь бы не расстройство нервов.

МАТФЕЙ.

Лишь бы голова не болела. А она болит даже у тех, кто лечит головные боли...

Неожиданно перед ними появляется сам Кравцов.

КРАВЦОВ

Пьете черти!

ОЛЕГ.

Никак нет! Алексей Викторович, а вы откуда?

Чуть позже, входит и Саша.

КРАВЦОВ.

А где Алекс?

АНДРЕЙ.

Да, они все собрались, сказавши, что к башне

пойдут за вдохновением и женщинами.

КРАВЦОВ.

Зачем? Куда пойдут!? Они пьяны что ли во - все!

МАТФЕЙ.

Только поэт перебрал. Остальные, вполне трезвы.

КРАВЦОВ.

Завтра сьемки. Смотрите у меня!

Кравцов и Саша садятся в баги.

САША.

Я знаю, где это. Это руины маяка. Он разрушился после бомбежки. Они называют ее белой башней...

КРАВЦОВ.

Назови пизанской, александрийской... Белой? Придумают же? Ну, вези к вашей "белой башне".

Четверо человек приближаться к «белой башне». Это наполовину разрушенный маяк, усеянный обломками и надписями, тех, кто здесь побывал.

АЛЕКС.

Когда – то свет от него в туманную погоду уходил на многие мили далеко в море. Свет погас, стены обрушились...

ЕГОР.

Корабли к нему не подходят, а люди сторонятся.

ФРЕНК.

Женщины.

ВИКТОР.

Даже две.

Когда они подходят ближе к развалинам, то их встречают две женщины легкого поведения.

ЕГОР.

Только не нужно их называть продажными.

ИГОРЬ.

Не бойтесь Егор, ведь мы пришли сюда за вдохновением... Какое же вдохновение без женщин?

ВИКТОР.

Какое...? Продаётся, как и все остальное. Покупается, что продают... Незримый дух... Что - то еще. Узнаем. Он наверняка встает в ненастную погоду и освещает... Вот этим светильником горизонт.

Он подымает какую - то брошенную, разбитую лампу.

АЛЕКС.

Будем считать, что его дух спит.

ФРЕНК.

Здравствуйте девушки!

Что вы делаете в наших краях?

ЛАРИСА.

В ваших? Кто вам сказал, что они ваши? (смеется)

Они принадлежат смотрителю.

ОЛЯ.

Бывшему смотрителю этого маяка. Он так и остался во время войны под этим развалинами.

ВИКТОР.

Так здесь уже некого осматривать, кроме вас... С пристрастием. Ах, да! Клятва! (кривиться в гримасе) Проклятое наказание.

ОЛЯ.

Будем знакомы. Меня зовут Оля, а ее Лариса.

ИГОРЬ.

Это Виктор. Видящий, сквозь очки Фрэнк... Я -

почти князь Игорь.

ОЛЯ.

Ой, да вы как скажите! Так уж и князь? А вот товарища поэта мы уже знаем... Он здесь частенько околачивается со своей подругой.

Их голоса уходят на «второй план». Алекс и Егор продолжают смотреть на руины. Уходят, чтобы поговорить между собой.

Невдалеке от разрушенного маяка, есть, также остатки старой метеостанции.

АЛЕКС.

Иногда мне кажется, что все это произошло не со мной. Не с нами... Я теряюсь в догадках, смотрю на себя.

Начинаю, что – то писать... Понимаю, что я человек, который дожился до ручки.

ЕГОР.

Так бросьте все, что вы считали необходимым!

АЛЕКС.

Вам хорошо. У вас ничего нет. Вы не привязаны к одной женщине, к своему рассудку,

не выстраиваете долго текущих планов... Перспектива вам чужда. Вас волнует только искусство... Как чистое золото.

ЕГОР.

Пока, пишется, почему бы мне не предложить себя.

АЛЕКС.

А они?

ЕГОР.

Я знаю, что вы остались без женщины, которую очень сильно... потеряли.

Кажется, что нас с вами зовут? Как я пьян, как я пьян... Ни грамма водки...

Кто - то громко кличет их по имени, то мужскими, то женскими голосами, среди которых, выделяясь, все ближе приближается к ним голос Кравцова.

КРАВЦОВ.

Так вот куда вас занесло!

АЛЕКС.

Чем дальше от мира, тем лучше.

КРАВЦОВ. (ПРОДОЛЖАЯ)

И вы здесь Егор? А вас - то каким судьбами сюда привело?

ЕГОР.

Вашей милостью.

АЛЕКС.

Так вы знакомы?

КРАВЦОВ.

Довелось слушать московского поэта у него на Родине. Как же я рад тебя видеть живым и здоровым!

ЕГОР.

Мне вы совсем не обрадовались... Я выпил больше положенного... По - мертвецки. Это место Богом забыто!

Ударяет себя в грудь.

КРАВЦОВ.

Ну, это вы совсем перегнули палку. Единственное место, которое никого не интересует – это могила... Да, и оно все же требует к себе живых людей.

ЕГОР.

Хороший вопрос, но спорный!

И сегодня я много выпил. Много разговариваю;

слишком много для рифмача.

КРАВЦОВ.

Как мало нужно для этого человека. Нужно, как-нибудь отвезти его к себе домой.

Берут под руки Егора, и уводят его с собой.

АЛЕКС.

Под руки? Не нести же его на себе?

ЕГОР.

Я сам... Дайте мне точку опоры!

КРАВЦОВ.

Что вы как маленький ребенок, в самом деле.

Где ты его откопал?

АЛЕКС.

Он вернул мне Пегаса. И, верно, что... И меня... Одного.

КРАВЦОВ.

Вон оно что! Тогда держите его крепче. Что с ними?

АЛЕКС.

Мальчишник мой празднуют! Пусть пьют за мое освобождение!

Алекс и Кравцов, сажают пьяного Егора в багги с Сашей. А сами идут по извилистой, поросшей мелким кустарником и соснами тропинке к его дому.

13. НАТ. ГОРКИ.

Бредут крымскими горками.

КРАВЦОВ.

Я получил снимки вашего берега... Давно хотел к тебе выбраться. Как – то...

не состоялось. Прости, дружище! А теперь работа и само – собой пришлось тебя навестить.

АЛЕКС.

Там, неверное, говорят, что уже все... Перегорел Егор!

Ни слуху, ни духу. Одни только воспоминания.

КРАВЦОВ.

Ехал к тебе, думал, как правильно поставить

сцену. Мне нужно много света на фоне волны, много сильного и волнующего впечатления... Впечатления, впечатления... Да вот хоть тебя!

АЛЕКС.

Впечатления, иногда, насколько занимают тебя,

что я боюсь, как бы ты не стал от них зависим.

И первое, и последнее... Для тебя все сильны.

КРАВЦОВ.

Сила натуры... Ничего не могу с собой поделать!

АЛЕКС.

Приложенная к человеческим характерам - искусство воплоти... Возможно, что это разведенная женщина.

КРАВЦОВ.

Почему?

АЛЕКС.

Она все время находиться в поиске.

КРАВЦОВ.

И всего лишь!? Кто бы мог подумать, что это так просто... Просто до тех пор, пока не взялся за работу. У меня уже между прочим третий брак... И один из них свершился благодаря твоей помощи. (улыбаясь) Так что я трижды женат; и трижды этот союз был взаимно освящен.

АЛЕКС.

Аминь. Так, когда начнутся сьемки?

КРАВЦОВ.

Все завтра Алекс, все завтра... Эх, до чего же хорошо! Хорошо, что ты угадал со своей дачей!

А как там мои гости?

АЛЕКС.

Твои? Твои в гостях. Ты бы еще сюда пол - Москвы притащил.

КРАВЦОВ.

Не сердись. Я хотел все это назвать, одним словом,

как людям дают имена при рождении. Так и я, хочу, обращаться по имени... Уже третья часть картины снята... Название фильма – "Расставание". Куда это годиться?

АЛЕКС.

Одним только словом, чтобы все на этом и закончилось как память. Вечно она цепляется за живое...

КРАВЦОВ.

А я, наоборот, все пытаюсь запомнить... Удержу все в голове, а там глядишь, и придет на ум, что-нибудь... дельное. Подсказал бы?

Оборачивается вопросительно к Алексу.

14. ИНТ – НАТ. СПАЛЬНЯ ПОКОЙНОЙ ЖЕНЫ.

Ольга спит на кровати покойной жены Алекса. Ее как будто сквозь сон что – то беспокоит.

СОН ОЛЬГИ: Она сидит на заднем сидении быстро несущегося автомобиля. За рулем, которого сидит, судя по фигуре и длинным волосам незнакомая ей женщина. Она как будто бы догадывается, кто это может быть, но ничего сказать не в силах. Ее губы, ее рот онемели... Она не в состоянии ни двигаться, ни шелохнуться: все ее внимание направлено за этой неизвестной ей женщиной.

Женщина временами смотрит в зеркало заднего вида. Их взгляды пересекаются.

В какой – то момент машина резко сворачивает в сторону, срывается с обрыва и падает на камни.

(Вспышка)

Ольга также, сидит на заднем сидении авто. Перед ней разбившись об рулевую колонку, обвисши на руле лежит бездыханное тело. Ольга, понимая, что может выйти из оцепенения. Сквозь сон выходит из разбитой машины.

(Вспышка)

Тело погибшей женщины несут к скорой помощи. Ольга смотрит на это со стороны. Перед ней проходит черная лошадь.

(Вспышка)

Палата морга. Труп женщины лежит на металлической кушетке. Он накрыто с головой простыней. Ольга подходит к нему; в палате много зеркал. Она хочет посмотреть кто это. Смотрит. Видит себя. Оглядывается в зеркало, но вместо нее отражается погибшая в автокатастрофе женщина.

Она понимает, что это женщина - покойная жена Алекса, хотя до этого никогда ее не видела. Ужас. Кричит.

Просыпается молча, чуть ли не отрываясь от кровати. Ее одолевает сильный кошмар.

Когда она, проснувшись, приходит в себя, то рядом с собой обнаруживает Алекса.

Они вместе засыпают.

15. НАТ. СЬЕМОЧНАЯ ПЛОЩАДКА - ПОБЕРЕЖЬЕ СЕВОСТОПОЛЯ.

Идут сьемки фильма. Вдоль гальки и морского прибоя за артистами исполняющими свои роли медленно двигается камера. Позади них расположен город.

Сьемки ведутся у причала к которому пришвартована яхта. Съёмочную площадку окружили не сколько любопытных, а также машины киношников: микроавтобусы и легковые автомобили. Режиссер картины сидит возле оператора.

КРАВЦОВ.

Ты можешь сказать ему хоть два слова шепотом! Мне не нужно показывать язык... Вы у меня все равно в кадре глухонемые. Подойдете к отметке... говорите по - ролям.

ГОЛОС.

Тишина на съёмочной площадке!

(за кадром)

КРАВЦОВ.

Федя, будь готов выстрелить... Как только он подхватит ее, стреляй ему в лицо... Три выстрела! Три! Ты меня понял!

За съёмочным процессом наблюдают Алекс, Ольга, Елена, Доктор, Егор, Виктор, а также подростки: Маша и Саша. Они привели с собой Митю.

ЕЛЕНА.

Я думала, что он будет по выше ростом. Метр в кепке, а такой начальник.

АЛЕКС.

Он знает, что происходит. Смотрите.

МАША.

Он же убьет их!

ЕЛЕНА.

Маша, никто не собирается никого убивать. Сегодня такая солнечная, ясная погода. Как можно проливать кровь в такой хороший день?

АЛЕКС.

Моя дорогая сестра... Я все же возьму ваши слова себе на вооружение.

ЕЛЕНА.

Вы вначале берете себе их на вооружение, а потом из этого же оружия расстреливаете невиновных.

АЛЕКС.

При всем моем желании и таланте... Мы не в силах уже чем - то им помочь.

МУЖЧИНА. (ТОЛПА)

С такого расстояния можно и в слона попасть...

ЖЕНЩИНЫ. (ТОЛПА)

Любовники?

ОЛЬГА.

Да, помолчите вы хоть не много...

В сторону исполняющих свои роли влюбленных из - за кадра приближаясь быстрым шагов выходит еще один артист. В руках у него пистолет Макарова. Звучит выстрел.

Влюбленная пара замертво падает.

МИТЬКА.

Сколько крови! Жесть!

ДОКТОР.

Да... Даже отсюда видно, что перестарались с кровопусканием.

ЕГОР.

Какая живая драма.

Кто - то из любопытных...

ЖЕНЩИНА. (ТОЛПА)

Любовники?

МУЖЧИНА. (ТОЛПА)

У нас вот также в прошлом году. Курортный роман... Жена в отпуск, а муж за ней.

МУЖЧИНА. (ТОЛПА)

Так что же? Мертвы?

МУЖЧИНА. (ТОЛПА)

Сотрясение...

ЖЕНЩИНА. (ТОЛПА)

У кого?

МУЖЧИНА. (ТОЛПА)

У любовника конечно... Муж то у нее был послабее...

ЖЕНЩИНА. (ТОЛПА)

А я слышала, что оба мертвы, а она тронулась умом.

Алекс с Ольгой уходят минуя заградительную ленту, идут к Кравцову.

КРАВЦОВ.

Снято!... Все свободны!

Поворачивается к оператору.

КРАВЦОВ.

Ну, вот же! Ты спрашиваешь: где крупный план? Что посудина много места занимает... Вижу. А это ты видишь?

Из монитора, подключенного к съёмочной камере на них глядит чайка.

АНДРЕЙ.

Бесстыжая какая.

К нему подходит ассистент режиссёра Гаврилов.

ГАВРИЛОВ.

Тут у нас еще, есть... Одно. Недоразумение, что ли? Я тут вчера поговорил с Александром Григорьевичем. На счет разбитой машины... На месте завтрашних сьемок у песчаника с ласточками.

КРАВЦОВ.

Не тяни резину. Говори...

ГАВРИЛОВ.

Так, я и говорю, что он назвал меня болваном и послал на "Ха". Сказав, что это его личная собственность и после смерти его жены семейный склеп.

Подходит Алекс с Ольгой.

КРАВЦОВ.

А вот и он... Послушай, у меня совершенно нет времени вступать с тобой в долгую полемику. Я уберу ее... Хочется тебе этого или не хочется. Так надо!

АЛЕКС.

Ты же знаешь, как я к этому отношусь...

Кравцов глубоко вздыхая отходит вместе с Алексом в сторону. Они, о чем - то вступая в разногласия жестко спорят.

Ольга обращается к Гаврилову.

ОЛЬГА.

И что они опять не поделили между собой?

Гаврилов показывает ей фото на котором изображено место гибели Сашеньки.

ГАВРИЛОВ.

Авто. Его нужно как - то убрать из этих камней.

Ольга берет контроль в свои руки. Хочет предложить свою помощь в разрешении этой больной для Егора темы.

Подходит к ним.

ОЛЬГА.

Алекс, почему бы тебе не перевезти ее на дачу... Там его никто не тронет. Тут отдыхающие... шторм. Мало ли что может случиться? Рано или поздно, до него обязательно кто - то доберётся.

КРАВЦОВ.

Это свежая мысль! Ведь она права!

АЛЕКС.

Права... Я что - то наговорил тебе сгоряча. Прости...

КРАВЦОВ.

Ах, бедовые, бедовые наши головы! Да, я тоже хорош! Гусь. Навалился на тебя... Дети?

ОЛЬГА.

Они здесь... Где - то на съёмочной площадке.

АЛЕКС.

Приходи к нам. На днях все разьежаються.

КРАВЦОВ.

Выкрою минутку. Забегу... На вашей даче, как я заметил, отбоя нам нет. (махнув рукой) Этого еще только нахватало!

К артистам и режиссеру сквозь "кордон" рвутся журналисты и поклонники.

16. НАТ. ДАЧА ИВОЛГИНЫХ - БАССЕЙН - САД.

Маша сидит у бассейна и рассматривает свой телефон. Рядом с ней брат Саша и Митька

МАША.

Сломался.

САША.

Надо было водозащитный брать.

МАША.

Я его высушу. Вдруг, заработает.

САША.

Он утонул... Ему уже не помочь.

ВИКТОР.

Что у вас?

МАША.

Телефон.

МИТЬКА.

Машка его в воду бросила! Чума.

МАША.

Неправда! Он... Он выпал из кармана... сам. Вот...

ВИКТОР.

Где большие ребята?

МАША.

Отец с Ольгой в саду.

ВИКТОР.

А вы что?

МАША.

Не нравиться она нам. Злая - она.

ВИКТОР.

Вы я как посмотрю много понимаете.

Вынимает из своего мобильного телефона сим - карту и отдает его Маше.

ВИКТОР.

Вставишь симку и звони кому хочешь... А - то твой отец, совсем как Егор стихами заговорил: "Хороший гость, и тот, раз в год собакам кость приносит..." Начнет спрашивать, что за телефон, скажешь: мой.

МАША.

Мой...?

ВИКТОР.

Твой, твой...

Все близкие и друзья, поэт Егор, кроме Игоря собрались за праздничным, накрытым белой скатертью и сервированным столовыми приборами столом.

Виктор садиться вместе с ними.

АРИНА.

Виктор, мы уже наслышаны о вашем пари.

Виктор хмуриться и все смеются.

ВИКТОР.

Алекс, я забрал у ваших детей телефон. У меня просто не хватило выдержки, смотреть как они плачут над потопленцем. Взамен дал свой... Это же наша с Игорем рыба! Кто подал его на стол?

ЕЛЕНА.

Еще неделя и он бы задохся в этой банке. Это главное блюдо дня! И ваш утешительный приз.

КРАВЦОВ.

Ешьте, ешьте Виктор! Я уже попробовал вашего левиафана. Вполне, ничего. Съедобно.

ВИКТОР.

Его звали Бобом. (сожалея)

АЛЕКС.

Почему я чувствую, что я перед вами в чем - то виноват? (К Виктору)

ЕЛЕНА.

В прошлом году вы обозвали его жадным клоуном.

АРИНА.

Как грубо... Не каждый решиться отказаться от своих душевных слабостей. Такое под силу, лишь современным героям.

ЕЛЕНА.

О! Ради этой высокой похвалы... Он будет готов на все. Арина! Вы его балуете!

АЛЕКС.

И все - таки, я хочу вам всем признаться... Я виноват перед всеми вами. Я настолько ушел в себе, что поставил себя в неловкое положения чужака... (подымается)

ОЛЬГА.

Ну, что ты... Не нужно.

АЛЕКС.

Это не нужда... Это необходимость. Вы были очень терпеливы. Особенно ты... Ты и Елена взяли на себя мою слабость, мои сомнения, гордость мужественного человека. Мне было трудно отрешиться от прошлого. Благодаря вам я снова обрел спокойствие. (садиться)

Кравцов пытается положить свою руку на колено Ольги. Она отталкивает ее от себя.

КРАВЦОВ.

Я хочу поднять за тебя тост!

ФРЭНК.

Выпьем за Алекса и Ольгу!

ВИКТОР.

За настоящее!

ЕЛЕНА.

За будущее! За вас! За детей!

ЕГОР.

За крылатую лошадь! Волны! Счастье!

Все чокаются и выпивают.

17. ИНТ - НАТ. КОНЮШНЯ - У КОНЮШНИ.

Раннее утро.

Алекс приходит в конюшню, чтобы отпустить Пегаса на волю. В руках у него большой молот. Не открывая конюшню он сшибает ним дверные косяки на которых накрученная цепь с пристегнутым к ней замком.

Цепь и замок падают. Он входит в конюшню.

АЛЕКС.

Тебя нужно вновь отпустить... Не впервой. Что смотришь? Думаешь я тебя жалею, чтобы мне было хорошо. Мы - люди часто делаем, что - то, ради чего - то, чтобы в глазах других это выглядело благодушно, честно.

Берет молот и выбивает засовы в стойле.

АЛЕКС. (ПРОДОЛЖАЯ)

Теперь ты свободен... Уходи... Уходи же! Чего встал? Там ты, возможно, встретишь свой табун. Вольный как ветер в степи, тут ты взываешь одно сожаление о произошедшем... Кто - то будет считать тебя своим, захочет быть тебе обязанным... Что у тебя есть кроме свободы? Ты уже сам по себе. Иди - же! Ну!?

Провожает Пегаса до двери. Хлопает своей рукой по лошади.

АЛЕКС.

Но! Галопом. Пошел! Беги Пегас! Беги!

Конь выбегает из конюшни. Перепрыгивает через выгон. И убегает.

К нему навстречу выбегают Игорь и Елена.

ЕЛЕНА.

Что стряслось, Алекс? Мы слышали какой - то крик - шум у конюшни.

АЛЕКС.

Пегас... Выломал дверь и ушел. Теперь его не догнать.

ИГОРЬ.

Может заведем машину? Ты как?

АЛЕКС.

Я!? Нормально... Вернее мне хочется показаться спокойным, но почему - то начинаю сожалеть о случившемся. Напрасно я подарил его своей семье! Он как будто сам притягивает к себе неприятности.

ИГОРЬ.

Так что же он свободен?

ЕЛЕНА.

Как жаль! Как я ей скажу, что он убежал?

АЛЕКС.

Я сам ей скажу об этом.

18. ИНТ - НАТ. ДАЧА ИВОЛГИНЫХ - СПАЛЬНЯ ПОКОЙНОЙ ЖЕНЫ - ЗАЛА.

В обеденное время к даче Иволгиных подъезжают кран и грузовая машина. Останавливаясь у самого забора. Они привезли раму обгоревшей машины покойной жены Алекса.

Алекс, о чем - то говорит с крановщиком.

Из окна покойной жены Алекс видит бассейн и эти "обломки прошлого", которые кран своей стрелой начинает переносить через забор в отведенное для него место.

От дачи отъезжают машины. Елена прощается с гостями.

ЕЛЕНА.

Я, надеюсь, что вы получили массу удовольствия от отдыха. Фрэнк уже уехал... Как всегда, по - английски.

ВИКТОР.

И увез с собой Арину. Как бы нашему поэту не впасть в очередное уныние. Ох, уж эти мне творческие натуры: они всегда не в себе...

ИГОРЬ.

Присматривайте за Алексом.

ЕЛЕНА.

Да, уж как ни будь постараемся с Ольгой. Я все же ошибалась в ней... Не могу ей сказать прямо, что была с ней неправа. Это меня тяготит... Но она не глупая девушка! Поверьте, вдвоем нам удастся направить дачу в нужное русло, и в короткие сроки.

ВИКТОР.

Я конечно в это верю, но такие трудности. К тому же двое взрослых детей.

ЕЛЕНА.

Какое - то время... Пробуду здесь... Ненадолго. Пока всю власть в свои руки не возьмет она.

ИГОРЬ.

Если бы мы знали, что вы еще остаетесь.

ЕЛЕНА.

Нет уж! Прочь... Прочь! Хватит с меня женихов и невест. Я сыта по горло этой любовной паникой. Виктор, видя вас все время вспоминаю покойницу... Она была чрезвычайно спокойна, и одна она могла совладать с семьей. Звоните иногда... Я буду по вам скучать.

ВИКТОР.

Что да, то - да.

ЕЛЕНА.

Не забывайте нас Виктор. Я все же не уверена, что все обойдётся.

ВИКТОР.

Обязательно дозвонюсь... Не переживайте вы так! Ей Богу! Я уже свое отлюбил. Детей у меня нет... Вот только племянники. Спасибо вам.

ИГОРЬ.

До скорого! Алексу передавайте, что ни будь... Скажите ему, что мы сели и как ни в чем не бывало уехали.

ЕЛЕНА.

Так и скажу. Не сомневайтесь. Все передам!

Обрываясь с натянутых тросов рядом с бассейном на цветочную клумбу падает машина. Ее падение привлекает внимание окружающих.

ЕЛЕНА.

Вот, видите! Как их оставишь одних. Это равносильно снежному кому, который налетел лавиной... А я как стена. Неприятности не пройдут!

ВИКТОР.

Поехали Игорь, поехали... (машет на прощание рукой)

Когда она входит на дачу, то ее встречает Ольга, которая смотрит сквозь большие окна на все происходящие.

Елене на глаза попадается странная корзинка для фруктов, стоящая на рояле. Она с интересом заглядывает в нее. Фрукты выложены: в ней кто знает, что?

ЕЛЕНА.

Что - то я не вижу, что кто - то использует ее по прямому назначению. Шляпа? Фрэнк забыл свою шляпу? Он никогда ее не забывал... Машин сломанный телефон, какие - то ключи, книга... стихи... Пачка сигарет? Весьма странная коллекция. Что за беспорядок!

ОЛЬГА.

Это корзинка для не нужных вещей, которые еще могут пригодиться.

ЕЛЕНА.

Не нужные вещи нужно выкидывать вон. Судя по всему, это все выдумки Алекса.

ОЛЬГА.

Алекс предложил мне самой выбрать, ту вещь, которой я дорожу, но в которой нет никакой надобности. Я пробуду с ним до конца октября... А дальше мы возвращаемся в столицу.

ЕЛЕНА.

Что же ты выбрала?

ОЛЬГА.

Я еще не решила - что.

ЕЛЕНА.

Я заберу детей с собой. Возможно, что это поможет тебе как - то ужиться с его характером. Побыть с ним наедине.

ОЛЬГА.

Я так тебе благодарна, что ты еще побудешь с нами... Он согласился впустить в эту мрачность не много свежего воздуха и света.

ЕЛЕНА.

Весь этот дом со всеми нами уже давно пора как следует проветрить и встряхнуть. Если он приоткрывает окна, то отопри их настежь. Если он делает полшага, подтолкни его к тому, чтобы он начал шагать в полную силу. Алекс уже не ребенок, так что не нужно его жалеть, потакая его слабостям.

Входит Алекс.

АЛЕКС.

Елена, как там наши гости?

ЕЛЕНА.

Как ни в чем не бывало.

АЛЕКС.

Уехали... Я был так занят с этими обломками, что совсем забылся. Как не хорошо получилось.

ЕЛЕНА.

Я знала, того, человека, который бы вразумил тебя. О, да! Она лишь смотрела, а ты уже все понимал. Ей и говорить - то ничего не надо было.

ОЛЬГА.

Не давно мне приснился страшный сон... Я видела женщину... Красивую женщину, обезображенную катастрофой.

АЛЕКС.

Ты очень много времени посвящаешь своим фантазиям. Надо смотреть на жизнь проще...

ОЛЬГА.

Если бы я тебе сказала, кто это был, то мои фантазии показались бы тебе до ужаса правдивыми. Это прошлое... Так настойчиво.

АЛЕКС.

Я отказался от него... Меня тревожит только крепкая память. Это двойное дно, куда провалившись, обнадеживаешь себя что достиг глубины.

ОЛЬГА.

А это не глубина - это сплошное падение.

Незаметно для Елены Алекс одевает свое обручальное кольцо Ольге на палец. Они целуются.

Елена стоит у большого окна в зале напротив рояля.

19. НАТ - ИНТ. ДАЧА ИВОЛГИНЫХ - У МАШИНЫ ВИКТОРА - У ПОРОГА.

У дачи Иволгиных проходит время. Цветником обрастает автомобильная рама; в обломках этой машины место себе находят не нужные вещи из корзинки с "не нужными вещами", из спальни жены: закрашенное маркером фото обмывает дождь - оно становиться более тусклым и видимым. На нем проступает лицо женщины. Автомобиль зарастает цветами.

Так происходит со всеми предметами и с самой дачей Иволгина.

За детьми и Еленой приезжает Виктор. На пороге Алекс, Ольга и Елена. У машины Виктора стоит Митя.

ОЛЬГА.

Прости меня, если была к тебе не справедлива.

МАША.

Я хочу вас кое об чем спросить... Только, чтоб мы одни.

ОЛЬГА.

Алекс, ты можешь оставить нас на минутку с Машей, вдвоем.

Алекс и Саша уходят к автомобилю Виктора.

САША.

Что у них?

АЛЕКС.

Женский тет - а - тет. Женские разговоры. Женщины любят говорить на особом для них языке.

САША.

Как и мы с Виктором по - мужски.

АЛЕКС.

Виктор, согласился побыть с вами, пока я не закончу здесь свою работу.

САША.

Ты же говорил, что еще месяц, и мы сможем все вернуться в Москву.

АЛЕКС.

Елена пробудет с вами, так что ты будешь за старшего. Терпи ее, я знаю, что у нее порой тяжелая рука; но без нее нам бы было невыносимо. Вам не хватает матери, а мне моей жены.

САША.

Нам всем чего - то не хватает.

АЛЕКС.

Ты начинаешь говорить, как мужчина. Меня это радует. Я не буду тебе ничего обещать. Впервые мне приходиться разлучаться с вами так на долго. Верь мне!

САША.

Я верю, но ты настолько увлечен своими героями, что забываешь о нас Машей.

АЛЕКС.

Поверь, нет более лучшего героя, чем ты и лучшей героини для меня чем твоя сестра. Вы настоящие, а это мой вымысел. (показывает на дачу, море, небо) Вы способны изменить его.

САША.

Если бы я смог, то взял бы тебя вместе с нами.

АЛЕКС.

Когда - ни будь ты так и сделаешь. Сядь - ка на меня?

САША.

Что? Бать, не глупи...

АЛЕКС.

Я буду вместо Пегаса. Привет Виктор! Посмотри - ка кто это у нас тут?

Хватает Сашу на плечи. И несет на себе к машине.

АЛЕКС.

Люди - кони! Люди - кони! Митька! (кричат вместе с Сашей)

ВИКТОР.

И стоило гнать машину за тысячу километров? Ты и так прекрасно справляешься.

ЕЛЕНА.

Что это там у них? Очумелые...

МАША.

Елена, попросила меня чтобы я не была к вам сурова. Вы его любите, как женщина?

ЕЛЕНА.

(молчит)

ОЛЬГА.

Как женщина?

МАША.

Да. Вы можете мне сказать, что вы испытываете к моему отцу?

ЕЛЕНА.

Маша... (удивленно)

ОЛЬГА.

Я люблю его. Но, как и что... объяснить тебе этого я не смогу.

МАША.

Я так и знала! (убегает к машине)

ЕЛЕНА.

Что ты будешь с ней делать!? Кругом надо показать свой характер. Маша! Вернись!

ОЛЬГА.

Не нужно Елена. Пусть бежит... Она правильно спросила. Только - как: как отвечать, будь ты хоть триста раз подряд прав и любим?

ЕЛЕНА.

У каждого по - разному. Мне так не хочется с тобой расставаться! Надо... Надо уезжать! До свидания дорогая!

Елена и Ольга прощаются.

Маша уткнувшись в Митькино плечо - через него видит дачу и их обеих. Она плачет.

Наступает поздняя осень. Следом за ней приходит зима. Идет снег и подмерзает бассейн.

Рождество. От Алекса уходит Ольга.

ОЛЬГА.

Мне нужно ненадолго выйти.

Он просто слышит, как защелкнулась дверь. В этом время он что - то писал - работал.

АЛЕКС.

Ольга?

Набирает ее номер телефона. Телефон звучит, где - то во дворе. Выходит, во двор и пробует дозвониться к ней еще. Идет к морю. Чего - то ждет у волны.

Идет на телефон по звуку.

Находит его с не нужными вещами, которые Ольга приспособила в раме, сделав из разбитого автомобиля палисадник. Сейчас все покрыто снегом.

Находит телефон на капоте разбитого автомобиля.

АЛЕКС.

Телефон... Брошенный телефон, брошенные голоса, разрушенные судьбы. С кем я теперь буду разговаривать?

Поздним вечером кто - то стучится в дверь.

АЛЕКС.

Я никак не ожидал, что ты вернешься... Как так можно? Целые сутки напролет набираю тебя, а твой телефон молчит. Как долго тебя не было... Видно...?

На пороге стоит Егор. Вид у него заросший, замученный и безнадежный. Внешне - оборванец.

АЛЕКС.

Егор!?

ЕГОР.

Да, Алекс. Это я... В таком виде меня трудно признать за Егора. Меня замучала совесть!

АЛЕКС.

Ну... заходи. Ты как снег на голову свалился. Я жду Ольгу. Вы что же? Арина?

Егор заходит на дачу. Алекс помогает ему стянуть с него верхнюю одежду.

ЕГОР.

Она была прекрасным мгновением. И как все мгновенное она тут - же исчезла... Я не стал бы вас беспокоить по столь сентиментальным вопросам. Кравцов...

АЛЕКС.

Что? Делает мою жизнь невыносимой.

ЕГОР.

Как? Вы знаете, об этом?

АЛЕКС.

Поговорим об этом чуть позже... Ты все это время пробыл на Юге; твоя внешность не внушает мне оптимизма. Ты не выглядишь человеком, отдохнувшим... беглец беглецом.

ЕГОР.

Какой там беглец! Какой там отдых!

АЛЕКС. (ПРОДОЛЖАЯ)

Голод, бессонница... тугие паруса.

ЕГОР.

Сей длинный выводок, сей поезд журавлиный. Эх... Классик прав!

Егор сидит у подожжённого камина в кресле. Пьет горячий чай.

ЕГОР.

Точно так мы сидели с тобой, когда я рассказывал тебе историю о пропавшем Пегасе.

АЛЕКС.

Я ведь отпустил его. Знаешь, Егор, не смотря на то, что многие видят во мне друга. Ну, какой из меня друг... Друг познаётся в беде. А у меня голова одиночки... Камера два на два. Когда я начинаю работать, то все в ней занимает сценарий. Алексей... Кравцов. Ему нужна была атмосфера написанного... Он и взялся за меня как Сальери.

ЕГОР.

Он всех прибрал к своим рукам.

АЛЕКС.

Но, ты то остался в стороне от этого постановочного спектакля...

ЕГОР.

В этом то я и хотел тебе признаться... Мне все эти месяцы было так не по себе. На душе гадко! Как я себе противен... до тошноты. Вобщем я тоже - артист! Я играл по его правилам. Мы познакомились с ним...

АЛЕКС.

В Москве.

ЕГОР.

Да. В Москве. Во время кинофестиваля. Там было отдельное шоу для московских поэтов... Меня пригласили. После него ко мне подошел он... Сущий Мефистофель... Предложил вас.

АЛЕКС.

Предложил меня... (смеётся) Алексей умеет плести интриги. Гости, попытка надавить на мои воспоминания, Ольга... И ты, вот - не устоял.

ЕГОР.

Так она тоже? А Виктор, ваши друзья, сестра?

АЛЕКС.

Она была его любовницей... Виктор и Елена вне подозрений. Должно же быть что - то святое в этой жизни...? А в качестве кого?

ЕГОР.

Он убедил меня в том, что своей поэзий я сумею вам помочь... К тому же Арина тоже приехала к вам в гости... Все сложилось: море, солнце, воздух... Все кроме понимания. Мои стихи. Они оказались мертвы.

АЛЕКС.

Слишком тонкокожи... Порой ловишь себя на мысли, что поэтичность истончает чувства до какой -то болезненной чуткости. Что любая, даже самая легкая царапина непрестанно, незаживающе кровоточива, неся для своего обладателя смертельное жало. Вы не хотели бы вместе со мной попутешествовать?

ЕГОР.

Я был бы рад. Но сейчас я не в том положении, чтобы быть туристом.

АЛЕКС.

Это исправимо... И они живы - ваши стихи! Живы во мне, как и мое прошлое... Мертвое и живое все оно есть, благодаря кинослову...

Алекс обращает свое внимание на Ольгин телефон.

АЛЕКС. (ПРОДОЛЖАЯ)

Ушла... А сегодня Рождество... Вы верите в чудеса?

ЕГОР.

Будучи ребенком под этой елкой были подарки. Мои родители клали их под нее поздней ночью, пока мы спим. Я просыпался раньше всех... Все еще спали. Я тогда думал, что получить что ни будь это лучшее в праздники... Осталась мать... Радость от того, что она положила это в меня своей рукой однажды сказав: он будет поэтом.

АЛЕКС.

И что это было?

ЕГОР.

За светом свет, за тьмою тьма. Но властелин один - судьба!

20. ИНТ. МОСКОВСКАЯ КВАРТИРА АЛЕКСА.

Ольга покинул дачу и Алекса, чтобы поздравить детей с праздниками.

ЕЛЕНА.

И Новый Год прошел, и мое день рожденье, и зима скоро закончиться.

ОЛЬГА.

Мы такие похожие с тобой.

ЕЛЕНА.

И такие разные. Что же он?

ОЛЬГА.

Пишет. Тут я буду нужней. Решу еще один вопрос с Кравцовым. И переезжаю сюда со всеми своими недостатками.

ЕЛЕНА.

Так - то оно лучше... Но с Кравцовым будь по - осторожней. По Москве уже ходят слухи, что он чуть ли не всех баб перетаскал в своих гримерках. Бесстыдник.

Входит Маша.

МАША.

Он был у нас не долго. Спрашивал тебя.

ОЛЬГА.

Что же?

МАША.

Где вы можете быть... Странные вы с ним.

ОЛЬГА.

Я совсем забыла! У меня же для вас кое - что есть.

Маша распаковывает подарок.

МАША.

Это уже лучше, чем кое – что... Коробка ничего... с ленточкой. Что же в ней? Если в ней - то чего у меня нет? (мысли вслух) Туфли! Вечерние туфли!

ЕЛЕНА.

Видишь, я же говорила, что будут ладны. Это не я... Ольге скажи спасибо. Она сама выбирала. Я просто подсказала ей твой размер.

ОЛЬГА.

Нравятся? Покажи, как ты в них.

ЕЛЕНА.

Красота! Пропала девка! Каблучки - то в тему.

МАША.

Можно, я так пойду?

ЕЛЕНА.

Тебя удержишь... Не бегай только как угорелая! Ее уже скоро замуж выдавать надо, а он ей все конфеты дарит.

ОЛЬГА.

Даже не знаю, что еще тебе сказать. Я бы хотела также с тобой чем - то поделиться.

ЕЛЕНА.

Вы моя семья. Этого для меня вполне достаточно. А, если вдруг по каким - то причинам мне будет этого не хватать, то я сама уйду - брошу этот дом.

Они обе молчат.

ОЛЬГА.

Она не даст нам этого сделать...

ЕЛЕНА.

Одного не могу понять, как это у вас получились?

ОЛЬГА.

Мы играли в увлечение, а доигрались с ним до любви. Мне без него уже нельзя... Я без него уже пустая женщина.

На улице шумит метель.

21. НАТ - ИНТ. ФЕВРАЛЬ. АЭРОПОРТ ШЕРЕМЕТЬЕВО - ЗАЛ ОЖИДАНИЙ - ВНУТРИ САМОЛЕТА.

Аэропорт. Алекс и Егор в зале ожиданий.

ЕГОР.

От вас трудно добиться правды. Летим... Куда? Зачем? Пользуетесь моей наивностью.

АЛЕКС.

До смешного капризны...

ЕГОР.

А что мне остаётся делать перед чертой неизвестности.

АЛЕКС.

Переступить.

ЕГОР.

Все равно что скачек в небо.

АЛЕКС.

Давно не пользовались услугами серебренной птицы?

ЕГОР.

Я должен перестраховаться. На всякий случай... (креститься) Прости Господи. Вы не обращайте внимание...

АЛЕКС.

Да, на ты... Давайте на ты.

ЕГОР.

Саша, друг. Кажется, я до чертиков начал креститься. Мне мерещиться...? Там... Ольга?

АЛЕКС.

Прекратите воображать, что -то. До взлета... еще полчаса часа...

Ольга проходит предпосадочный досмотр. Тут ее и замечает Алекс.

АЛЕКС. (ПРОДОЛЖАЯ)

Ольга!

Он пытается пройти длинную очередь.

ОЛЬГА.

Алекс!

Ее поторапливает СОТРУДНИК АЭРОПОРТА сидящий на пункте досмотра пассажиров.

СОТРУДНИК АЭРОПОРТА.

Девушка проходите. Проходите дальше.

АЛЕКС.

Ты куда? (зовет)

ОЛЬГА.

Я!? Я лечу на сьемки в Венецию! Алекс!

СОТРУДНИК АЭРОПОРТА.

Проходите! Не задерживайте посадку. Проходите быстрее...

АЛЕКС.

Ты меня любишь?

ОЛЬГА.

Отель Сан - Лоренцо. Ты слышишь меня?

АЛЕКС.

Мы летим в Венецию.

ЕГОР.

За ней?

АЛЕКС.

И за ней тоже.

Внутри самолета Ольга встревожено смотрит в иллюминатор.

Самолет Алекса и Егора подымается в воздух. Алекс также хочет с кем переглянуться в круглое окошко.

22. НАТ. ВЕНЕЦИЯ. ГОНДОЛА - ОСТРОВ САН - МИКЕЛЕ. - КЛАДБИЩЕ.

Алекс и Егор прилетают в Венецию во время карнавала. останавливаются в отеле Сан - Лоренцо.

Выходят к пристани и нанимают гондольера. С ними Ольга.

АЛЕКС.

Сан - Микеле. Кладбище. Трое. Сколько? (говорит по -английски)

ГАНДОЛЬЕР.

Сто долларов со всех.

АЛЕКС.

Дорого.

ГАНДОЛЬЕР.

Найдите того, кто бы переправил вас во время карнавала подешевле в такую рань, да еще при таком тумане. (говорит по - русски)

ЕГОР.

Он же наш! Русский.

ГАНДОЛЬЕР.

Я - венецианец. Так вы будете платить или мне нужно садиться на весло? Восемьдесят пять. Это все что я могу для вас сделать.

АЛЕКС.

Ольга?

ОЛЬГА.

Он не отступиться.

АЛЕКС.

Хорошо! Еще двадцать, если отправишь нас обратно. На материк.

ГАНДОЛЬЕР.

Согласен.

Алекс оплачивает переправу на остров.

ГАНДОЛЬЕР.

Вашу руку сеньора. Вашу руку сеньор.

Плывут погружаясь в туманную дымку.

ГАНДОЛЬЕР.

Не припомню такого уже лет двадцать. Но я этим места знаю, как свои пять пальцев. Не бойтесь.

ЕГОР.

Распогодиться.

ГАНДОЛЬЕР.

К десяти часам небо будет чистое и прозрачное как хрусталь.

ЕГОР.

Вы не удивлены?

ГАНДОЛЬЕР.

Чему жу тут удивляться? Наступает время карнавала. Происходит что - угодно... Все одевают маски.

ЕГОР.

Он похож на временщика у которого вышло время, закончились деньги и пассажиры. (К Алексу)

АЛЕКС.

Его дело просто привезти нас на тот берег.

ЕГОР.

А большего мы с него и не требуем.

Алекс и Ольга разговаривают между собой.

АЛЕКС.

Ты совсем пропала из виду. Я был в Москве. Он сказал, что ты будешь играть у него.

ОЛЬГА.

У себя на даче ты отвел место для не нужных вещей. Мы договорились честно положить туда, то что нас отягощает.

АЛЕКС.

Тут нет такого места.

ОЛЬГА.

Кругом вода.

Снимает с себя обручальное кольцо Алекса.

ОЛЬГА. (ПРОДОЛЖАЯ)

От чего ты избавился?

АЛЕКС.

От того, что ты держишь в своей руке.

ОЛЬГА.

По традиции каждый год дож Венеции устраивает венчание с морем.

Роняет свое кольцо за борт.

АЛЕКС.

Это значит, что ты уходишь...

ОЛЬГА.

Это значит, что жесткий бог воспоминания больше не получит от меня никаких жертв.

ЕГОР.

О чем вы там шепчетесь?

АЛЕКС.

О, том, о чем вы пишите.

Гондола легко ударяет своим бортом о пристань.

ГАНДОЛЬЕР.

Приплыли.

Егор выбирается из гондолы подает свою руку вначале Ольге, затем Алексу.

На могиле Бродского никого нет. Ольга убирает засохшие цветы и кладет на нее свежий букет, принесённых ее цветов.

ОЛЬГА.

У него осталась единственная дочь.

АЛЕКС.

Творчество и признание...

ЕГОР.

Мы пришли, о чем - то поговорить с ним. А когда стоишь с телом, которое соединило в себе безвозвратную утрату Родины, то все слова становятся бессмысленными.

ОЛЬГА.

Прочтите, что ни будь из своего. Может быть ему просто нужно послушать наши живые голоса...

ЕГОР.

Мне как - то не ловко.

АЛЕКС.

Читайте Егор, ведь ему не часто удаётся повстречать, приезжих к нему поэтов.

ЕГОР.

Есть одно: "У переправы". Но почему - то не хочется их зачитывать.

ОЛЬГА.

Почему - же, Егор?

ЕГОР.

Тут на могиле поэта, хотя, и в полном молчании этого кладбища. Его тишина слышится мне на много созвучней, чем мой собственный голос.

По кладбищу Сан - Микеле разноситься протяжный колокольный звон.

ОЛЬГА.

Звонит колокол. Нам пора.

АЛЕКС.

Об ком звонит этот колокол? Ты доволен?

ЕГОР.

Да! Теперь я не только видел и знал. Я слушал этот нарастающий звук тишины, сквозь который к нам пробился голос давно ушедшей эпохи. Мне кажется, что мы друг - друга поняли.

Тумана рассеивается. Над Венецией вновь хорошая погода - солнечно. Идет Венецианский карнавал.

23. НАТ. ВЕНЕЦИЯ - РЕСТОРАН.

За столиком на открытом воздухе сидят Кравцов и Алекс.

КРАВЦОВ.

Она отказалась.

АЛЕКС.

Я тебя предупреждал не трогай нас с ней.

К ним подходит официантка.

КРАВЦОВ.

Что-то будешь? Кофе? Одно кофе, пожалуйста.

Она уходит.

КРАВЦОВ. (ПРОДОЛЖАЕТ)

Ты обязан с ней поговорить. Она же так стремилась получить эту роль. Если ее сейчас не разубедить, то она навсегда загубит себя как актриса.

АЛЕКС.

Ты же убеждал меня, что она не в состоянии быть артисткой. Что у нее нет данных для большого кино. И - твое - обязан. У меня изрядно чешутся кулаки. Я хочу набить тебе морду, друг.

КРАВЦОВ.

Я не представлял, что она так сможет измениться. Ко мне на пробы приехала не Ольга, а Роми Шнайдер. Звезда! Настоящая, восходящая звезда!

АЛЕКС.

Слышала бы она, как ты ее восхвалял два года тому назад.

КРАВЦОВ.

Кто старое помянет... Она точь - в - точь сынтонировала диалог: как будто предо мной уже другая женщина. Хочешь я встану на колено?

АЛЕКС.

Пошел к черту!

КРАВЦОВ.

Хотя бы ради нашей старой дружбы!

АЛЕКС.

Ты слишком далеко зашел...

КРАВЦОВ.

Я на одно встаю только ради любимой женщины, а на оба только перед Господом. Правда, что это больное... Никак нагнётся... Что - то застряло! Эх!

АЛЕКС.

Не нужно... (придерживает Кравцова за плечо)

Не нужно уподобляться бедному рыцарю. Я ведь прекрасно знаю, как ты умеешь кривить сознанием. Ты же и меня поставил на конвейер.

КРАВЦОВ.

Как ты не можешь понять! Все что я делаю, все это необходимо для нашего с тобой успеха. Ты забыл ее: ты справился со своими воспоминаниями. Живешь новой жизнью человека, победившего свои страхи. Ну, так как?

АЛЕКС.

Страхи... страхи. А ты никогда не думал, что самый большой страх. Это лезть своими руками в не известную тобой душу. Чего же еще можно бояться? Ты достаешь оттуда все что угодно, но когда приходит время спросить: что там?

КРАВЦОВ.

Что?

АЛЕКС.

Там твое чудовище, вместо тебя. Я поговорю с ней... Но настаивать не стану. Это ее выбор.

Алекс уходит, Кравцов нервно, но с облегчением закуривает. Он встает и одевает на себя карнавальную маску.

24. ИНТ - НАТ. УЛИЦЫ ВЕНЕЦИИ - НОМЕР ОТЕЛЯ - УЛИЦА С КУКОЛЬНЫМ СПЕКТАКЛЕМ - ЦЕРКОВЬ СВЯТЫХ ЖЕН МИРОНОСИЦ.

Ольга и Алекс у себя в номере. Она смотрит в зеркало, так, как будто что - то хочет в нем увидеть.

АЛЕКС.

Что с тобой?

ОЛЬГА.

Да, так, ничего. Привиделось.

АЛЕКС.

Ты хорошо выглядишь.

ОЛЬГА.

Еще не много, подправлю... Тут как будто мне что -то мешает. Платье уже совсем обвисло. Меня намотало на парусину. (смеётся, подкрашивает губы)

АЛЕКС.

Мы идем на карнавал или нет?

ОЛЬГА.

Так что же я пойду пугалом? (одевает маску, уже серьезно) Она простила нас...?

Алекс также одевает свою маску.

АЛЕКС.

Одно лицо.

ОЛЬГА.

Как ты думаешь?

АЛЕКС. (ПРОДОЛЖАЯ)

Одно лицо с тобой. Теперь у всех такие.

Они смотрят на друг - друга.

АЛЕКС. (ПРОДОЛЖАЯ)

Пойдем.

ОЛЬГА.

У нас еще остались глаза.

АЛЕКС.

И за ними, что - то есть...

ОЛЬГА.

Обязательно настоящие, живые, твои и мои, и ее где - то над нами... Ты невозможен!

Алекс что - то записывает на своем ноутбуке. Они уходят.

Сначала из отеля выходят они. Потом его покидает Егор, он на ходу одевает на себя маску.

В какой - то момент - все находящиеся во время карнавала уже в карнавальных масках. И Кравцов, и Егор, и Ольга с Алексом будто вливаются в этот маскарадный поток праздничной Венеции.

Егор молиться в церкви святых Жен Мироносиц. Из его уст звучат обрывки стихов.

МАРИНА.

Во время поста у нас тут и мольба, и праздник. Эй, паломник! Ты, о чем просишь?

БАТЮШКА.

Не трогайте его. Ему нужно выплакаться.

МАРИНА.

Так он бубнит что - то батюшка.

БАТЮШКА.

Пускай. Он молиться как умеет.

МАРИНА.

Тебя как зовут?

ЕГОР.

Егор. Куда надо целовать?

МАРИНА.

Батюшка, ведь он уже целоваться лезет.

БАТЮШКА.

Так бери его замуж. Смотри какой он набожный.

МАРИНА.

Прикладывайтесь к иконе. И креститесь три раза.

ЕГОР.

Вы мне Анну напоминаете.

МАРИНА.

Это еще какая?

БАТЮШКА.

Вдова московская. Очень хорошая, сильная была женщина. Писала от всей души.

ЕГОР.

У меня знакомый вдовец на примете есть.

МАРИНА.

Вдовой не хочу быть. Мне живой нужен.

Батюшка благословляет их.

БАТЮШКА.

Да, Господь благословит вас на всякой доброе дело.

Звучит музыка.

Идя по городу Кравцов натыкается на одной из улиц на кукольный спектакль. Он решает понаблюдать за игрой кукол. На сцене обыгрывается сцена из Дон Жуана: одна из кукол замахивается на другую ножом; между ними находиться кукла женщины. Говорят, по - итальянски.

КУКЛА МУЖА.

Я убью его!

КУКЛА ЖЕНЫ.

Нет! Только не это!

КУКЛА ДОН - ЖУАНА.

Он и пальцем меня не тронет. Ну, же! Ну, же тщедушное животное!

КУКЛА МУЖА.

Умри! Умри! Умри - же!

Кукла "рогоносца" приближается к Дон - Жуану. Приблизившись достаточно близко, фигурка заносит свой нож, но обольститель превращается, пропавши за сценой в хромого черта, который выходит к нему на встречу из - за кулис.

Муж также отступает от него.

КУКЛА ЖЕНЫ.

О боже!

КУКЛА МУЖА.

Ты что же не видела с кем это ты спала?

КУКЛА ЖЕНЫ.

А ночью у него был только один рог.

Среди зрителей раздаётся гомерический хохот.

ЧЕРТ.

Будь добр муженек полезай погреться. Мой вертел готов тебя приготовить. (тычет в него трезубцем)

Муж также отступая за сцену, вдруг выходит из - за сцены в образе св. Марка, покровителя Венеции. Под руку он ведет льва. Лев нападает на черта.

КУКЛА ЖЕНЫ.

О Матерь Божья! Святые - грешники!

Кравцов во время спектакля чувствует временами что - ему не хорошо.

Когда ему становиться совсем плохо, то кто - то из окружающих подходит, чтобы поддержать его за руки. Он хочет об что - то опереться, но падает.

КРАВЦОВ.

Переигрывают... Сердце... Сердце... Сердце...

Перед тем как потерять сознание он видит, как мимо него проходят карнавальные лошади с пристегнутыми крыльями: белая и черная. Они идут следом друг за другом, за ними шествуют артисты разного жанра: клоуны, музыканты, гимнасты, жонглёры. Процессию завершает маленькая девочка - ангел.

25. НАТ. ИНТЕРМЕДИЯ. МЕСТО КАТАСТРОФЫ.

ИНТЕРМЕДИЯ: Море штормит. Егор стоит у того места, где погибла жена Алекса.

ЕГОР.

В один прекрасный день я почувствовал, что больше не могу ничего написать. И никто не в силах был мне больше помочь: ни женщины, ни слава, ни Бог, ни завистники, вопреки которым из чувства собственного себялюбия мне бы захотелось сказать: Вы ни правы! Я отвечу вам на ваше зло едкой эпиграммой. Ни мои друзья, ни мои враги... Это все произошло со мной, и повернуть, обратно, вернувши дар ко мне. Я оказался бессильным. Вдохновение ушло... Ушло безвозвратно. Очень глупо и иронично. Наступил мертвый штиль... Наступило молчание души.

Позади него стоит его прихожанка из церкви Жен Мироносиц.

МАРИНА.

Нашел себе место чтобы поговорить без меня.

ЕГОР.

Это о поэзии.

МАРИНА.

О чем бы это не было. Ты можешь говорить в моем присутствии.

ЕГОР.

Я рассказывал тебе как я молился в церкви стихами?

МАРИНА.

И не один раз.

ЕГОР.

Как - то в Венеции. В церкви святых Жен Мироносиц... Мне стало нестерпимо грустно. Я много плакал.

МАРИНА.

Сегодня зайдем на дачу к Иволгиным. Алекс тебя утешит.

ЕГОР.

Бог отнял у меня поэзию, но дал мне женщину.

МАРИНА.

Вот прозаики люди серьезные.

ЕГОР.

Ты убедишься, что это не так. Как только в воду унесет наши мокрые шаги.

МАРИНА.

Возможно. Море что - то разволновалось.

ЕГОР.

Оно штормит.

КОНЕЦ.

Оставьте свой отзыв (0)
 



Текст данной публикации размещен пользователем admin: Чистов Дмитрий Владимирович

Для навигации по текстам, относящимся к данной теме используйте оглавление, представленное в левом поле.

Обсудить текст публикации "Легкомыслие. ( сценарий - мелодрама)" можно " на форуме данной публикации. В данный момент отзывов - 0.

Для обсуждения темы "Повести" можно " на форуме этой темы. В данный момент отзывов - 0.