Сам себе писатель - Самописка.ру

Вы 745-й посетитель этой странички
Страничка была создана (обновлена): 2008-04-02 21:33:40



VIII.ОХОТА



VIII.ОХОТА

Перед рассветом, когда еще царила долгая зимняя ночь, Джед вышел на дорогу из Ре Альбы к Порту Гонта, и пустился в долгий и нелегкий путь свой. Только днем он достиг Порта. Огион снабдил его подходящими для долгого путешествия гамашами, дал льняную рубашку и кожаную куртку - и все это вместо осскильского роскошного платья - но Джед все-таки оставил у себя прекрасный господский плащ, подбитый теплым мехом, на случаи сильных морозов. В таком одеянии без багажа, но с огромным посохом в руке он подошел к Городским воротам, и стража расступилась перед ним, давая дорогу, ибо стоило только взглянуть на Джеда, чтобы понять, что перед тобой маг. Солдаты отставили копья в сторону как по команде и, не задав ни единого вопроса, позволили пройти, а потом еще долго смотрели ему вслед и видели, как важно шествует он вдоль городских улиц.

На набережной и в Доме Морской Гильдии Джед поинтересовался, идут ли какие-нибудь корабли на Север или Запад в сторону Энлада, Андрада или Оранеа. И все как один отвечали ему, что ни одно судно в ближайшее время не покинет Порта. Приближалась пора Возвращения Солнца, а в это время даже рыбацкие баркасы не решались выйти в море и довериться столь ненадежной погоде.

Джеду предложили пообедать вместе со всеми, и он милостиво согласился. Маг оказался за одним столом с докерами, матросами и предсказателями погода, и ему понравилось разговаривать с про-стыми людьми, понравилось вести неторопливые беседы с ними и слушать их гортанный и такой родной говор. Джеду вдруг так захотелось остаться здесь, в родных местах, захотелось забыть, наконец, о своей магии, о своей власти и о том ужасе, что подстерегал его повсюду, захотелось просто жить, несмотря ни на что, жить, как живут эти матросы, ничего не знающие ни о Зле, ни о Древних Силах Земли... Таково было желание его.

Но медлить нельзя было. Раз порт закрыт - надо пробираться сушей. И маг пошел вдоль берега, ища любую рыбацкую деревню, в которой он смог бы купить подходящую лодку. Судьба вновь вторглась в его жизнь и все совершалось теперь согласно Провидению. Рыбак оказался мрачным угрюмым стариком. Лодка, которую он решил продать Джеду, была длиной в двадцать футов и обшита внакрой. Хотя она и производила впечатление видавшей виды посудины, старик назначил за нее невероятно высокую цену6 сотворить ровно на год такие магические чары, которые надежно уберегли бы рыбацкий баркас, его самого и сына-помошника от всех превратностей моря. Гонтские рыбаки не ведали страха и даже с магами разговаривали наравне, но вот море - дело другое.

Чары безопасности, которым предавалось такое значение в северной части Архипелага, не могли бы спасти человека от сильного ветра или штормовой волны, но для того, кто хорошо знал особенности моря, а также искусство навигации, чары эти могли ока-заться весьма полезными и даже спасительными. Джед на совесть сотворил заклинание, работая всю ночь и весь следующий день, ничего не пропуская, с твердостью и уверенностью он плел свои магические чары, а мозг его в этот момент блуждал неведомыми мрачными тропами по лабиринтам сознания, пытаясь ясно представить возможность следующей встречи с вездесущей Тенью: как скоро и где предстанет она пред ним на этот раз. Когда он, наконец, завершил свой непростой труд, то почувствовал себя совершенно разбитым. В эту ночь он спал в хижине рыбака, в подвешенном к по-толку гамаке и к утру весь пропах копченой сельдью. На заре он встал и отправился к мысу Картнорт, где его уже ждала старая разбитая лодка. Одним толчком он согнал ее в спокойные воды самой пристани, и влага тут же хлынула изо всех дыр. Как кошка, Джед легко вспрыгнул на борт, произнес заклинания, и старые, потрепанные временем и непогодой, борта лодки вновь выпрямились, деревянные гвозди с новой силой вошли в обшивку - течь прекра-тилась, и, орудуя молотком и другими инструментами, а иногда магическими чарами, Джед с завидный мастерством бывалого плотника, которое перенял он в свое время у Печварри из Нижнего Тернинга, начал подготавливать свою лодку к нелегкому плаванию. Жители деревни собрались на берегу и молча на почтительном расстоянии стояли и смотрели за тем, как умело действуют его умелые руки; завороженные, они улавливали каждое изменение тона мягкого и тихого голоса его. И этот труд Джед выполнил на совесть. Терпелмво он превращал старую посудину в совершенно новое, готовое ко всем превратностям Судьбы судно. Когда борта были надежно укреплены, а вода исчезла со дна, и от недавней течи не осталось и следа, Джед воткнул свой магический посох, который сделал ему Огион, в самом центре лодки наподобие могучей мачты, а поперек укрепил рею для паруса из крепкой породы дерева. Продолжая произносить заклинания, Джед сплел из морского воздуха огромный квадратный парус, белоснежный, как самая высокая вершина горы Гонт, и шорох упругой материи, наполнившейся крепким морским ветром, и восхищенный вздох женщин, стоявших на берегу, казалось совпали как две ноты в одной симфонии звуков. Стоя у самой мачты, Джед в противоположность морскому сотворил легкий магическим ветер. Судно мягко заскользило по водной глади, постепенно разворачиваясь в сторону Скалы Армед, и легко пересекло весь огромный залив. Когда рыбаки, хранившие доселе молчание, увидели, как легко скользит еще совсем недавно непригодная к плаванию лодка, как она, подобно птице, будто взмыла в небо на своих упругих крыльях и вдруг почти скрылась вдали, эти видавшие виды люди восторженно закричали и захлопали на берегу, приветствуя Джеда, и крики их послушно разнес по всему заливу холодный морской ветер.

Джед прошел между Скалами Армед и вышел, наконец, в Гонтское море. Он взял курс на Северо-запад, чтобы миновать остров Оранеа, а затем повторить весь свой недавний маршрут. У него не было ни плана, ни определенной стратегии. Следуя за полетом Сокола Пилигрима, который ему совсем недавно пришлось совершить самому, Джед надеялся, что на каком-то участке пути он встретит наконец ненавистную Тень. Но где и когда могла произойти встреча - на это у него ответа не было. В одном он был уверен: Тень не упустит возможность встретиться с ним в открытом море.

Именно на море хотел Джед встретить Врага своего, если уже вообще суздена была им эта встреча. Не зная почему, но именно знмли и встречи с Врагом на твердой почве больше всего боялся Джед. В открытом море есть штормы, есть морские чудовища, но Зло бессильно среди ветра и волн. Зло принадлежит суше. В той стране, куда Джед уже заглянул однажды, не было ни ручейка, ни речки, Смерть любит сухие места. Конечно и море представляло немалую опасность и особенно в это штормовое время года, но сама сила и переменчивость морской стихии давала хотя и малый, но все-таки шанс на победу. И, может быть, когда он наконец встретится с Тенью, думал Джед, он сможет напасть на нее неожиданно, сможет застать ее врасплох, как она когда-то это уже сделала с ним, может быть ему повезет и удастся вцепиться во Врага мертвой хваткой и пойти вместе с ним ко дну, чтобы скрыться навсегда в пучине морской, чтобы собственной смертью искупить зло, которое сам он свершил в жизни.

Так плыл он по бескрайним просторам моря, и тучи то сгущались, то вновь уходили с небосвода. Он не прибегал к магическому ветру, а давал самой природе нести его судно туда, куда было угодно всесильной Судьбе. Его магический парус, сплетенные из слов и воли мага, сам выбирал нужное направление в соответствии с ветром. Казалось, только магия и удерживает судно на поверхности среди этой разбушевавшейся морской стихии. Одна рыбачка перед плаванием дала Джеду две буханки хлеба и флягу воды и только после нескольких часов пути, когда впервые на горизонте показалис очертания Скалы Камбер, единственного острова, лежащего между Гонтом и Оранеа, он впервые прикоснулся к еде и с благодарность подумал о молчаливой и доброй женщине, одарившей его своим вниманием. Джед прошел мимо острова, который отбрасывал странную белизну на свинцовые воды зимнего моря; скорее всего это снег с вершин холмов давал такой отблеск. Ни звука, ни движения вок-руг, только поскрипывают снасти, да слышно, как вода бьется о борт. Ни одна птица не показалась в небе, ни одна лодка не проплыла вдали. Казалось, замерло все вокруг, кроме вечно движущейся воды, да бесконечных облаков, ползущих по небу. Такие же облака он видел, когда пролетал над этими местами еще в обличие Сокола, но тогда он летел на Восток, а сейчас ему приходилось плыть на Запад, и тогда облака были рядом с ним, а серое море лежало внизу, сейчас же Джед с грустью смотрел на безжизненное небо, раскинувшееся над самой головой его.

Ничего не было видно вдали. Джед встал во весь рост, дрожа всем телом от пронизывающего холода и от ощущения какого-то еще неведомого ужаса. Вглядываясь в бескрайнюю пустоту, он громко воззвал: "Давай? Чего же ты ждешь, Тень?!" Но ответа не последовало, и ничто не шевельнулось над волнами морскими среди сгущающегоя тумана. Всей душой Джед ощутил, что Тень где-то рядом, блуждает, слепая, поблизости и никак не может наткнуться на него. Тогда он еще раз возвысил голос свой: "Я здесь! Я, Джед по кличке Спороухок, взываю к тебе - явись?!"

Но по-прежнему скрипели снасти, по-прежнему волны плескались о борт, а ветер раздувал белый, как снег, парус. Прошла минута - нет ответа, Джед ждал, схватившись одной рукой за свою тисовую мачту, и вглядавался вдаль в надежде хоть что-нибудь увидеть там. Время шло. Наконец, вдали сквозь пелену начавшегося внезапно дождя он разлечил какой-то движушйся контур.

В облике Скиора, геббета. Она напала на Джеда среди торфяников, в облике зверя вырвалась наружу у подножия Скалы Кнолл и в этом же обличии царствовала и по сей день во снах Джеда. Но сейчас при свете дня она по-прежнему сохраняла свою форму и напоминала человека, у которого, правда, нет тени. Она медленно шла по самой поверхности воды. Значит ей все-таки удалось вырвать у Джеда часть его жизненной силы и обрести, наконец, форму даже при свете дня. Итак, Враг его, пробиваемый насквозь острыми каплями дождя, спокойно шествовал сейчас по морю от острова Энлад к острову Гонт и колыхался при каждом шаге, как простая тряпка на ветру.

Джед окликнул Тень, при свете дня она была наполовину слепой. Маг получил преимущество: он первый заметил Врага, первый узнал его.

В полном одиночестве среди бескрайних просторов зимнего моря Джед стоял и с ужасом смотрел на то, чего так боялся все эти годы, чего так хотел избежать всеми силами души своей. Ветер, казалось, относил Тешнь все дальше и дальше от лодки, и волны бес-препятственно катились у нее под ногами, но, несмотря на это, Джед не мог точно сказать, стоит ли Тень на месте или все-таки движется к нему. Ясно было одно, она заметила Джеда и в его сознании не осталось ничего кроме холодного ужаса от одной мысли о том, что она вновь может коснуться его и с этим леденящим дущу прикосновением навсегда может забрать его жизнь, все тепло его человеческой плоти. Джед стоял как завороженный и не отрываясь смотрел на Врага. А потом закричал, закричал как в истерике: в одно мгновение сильный ветер наполнил его белоснежный парус, и лодка, рванувшись с места, бросилась на Врага.

При полной тишине Тень развернулась и кинулась прочь.

Против ветра пришлось бежать ей. Против ветра плыла и лодка Джеда. Как сумасщедший Джед продолжал кричать, подгоняя ветер, волны, призывая на помощь все силы небесные - так охотник кричит на своих верных псов, когда видит, что волк уходит долиной в ближайший лес. Джед нагнал такой силы ветер, что другой бы парус давно бы порвался, и на рее болтались бы сейчас клочья, но Магический Квадрат не подвел: как могучее крыло Сокола, поднял он лодку Джеда над водой и понес ее, вспенивая гладь морскую, навстречу Добычи, навстречу Смерти. Тень увеличивалась в размерах.

Теперь она уже не напоминала человека, а скорее походила на обычное дымное облако, которое гнал сильный штормовой ветер. Тень сделала полуоборот, изменила немного курс и двигалась теперь прямо по направлению к Гонту.

С помощью заклинаний Джед в одно мгновение поменял курс. От резкого изменения направления лодка, как дельфин, вспорхнула на соседнюю волну и продолжала преследование. Быстрее, чем прежде. Джед летел сейчас по волнам за Тенью, но она буквально таяла на глазах. Снег с дождем хлестали в лицо и вскоре уже ничего не было видео на расстоянии ста ярдов. Шторм усилился, и Тень совсем исчезла вдали. Но Джед был уверен, что он идет прямо по следу, как если бы ему пришлось гнать зверя по снежной долине, а не призрака, бегуцего по волнам. И хотя ветер был и без того сильным, Джед продолжал произносить заклинания, пена разлеталась в стороны, когда после очередного взлета лодка вновь плюхалась в морскую стихию.

Долго еще продожалась погоня и не было в этой смертельной схватке ни победителя, ни побежденного, а день между тем угасал. Смутно Джед сознавал, что на такой скорости он заплыл далеко и должен сейчас находиться где-то на юге от Гонта и двигаться к Среви или Торхевену. Но ему было все равно. Сейчас он стал охотником, и добыча ускользала от него и его собственный страх бежал вместе с Тенью - значит беспокоиться не о чем.

На мгновение Тень снова появилась перед Джедом. Во время преследования туман спустился над морем. Сквозь эту белесую мглу Джед опять различил знакомый силуэт, который появился теперь где-то по правому борту. Джед вновь произнес магические заклинания, приказывающие ветру и парусу изменить направление, повернул руль резко вправо и продолжал погоню, но вскоре призрак исчез так же внезапно, как и появился: туман начал рассеиватьсяи стелиться вдоль бортов лодки при встрече с сильным магическим ветром, от недавней белесой пелены, поглощавшей свет не осталось и следа . Когда Джед произнес слова заклинания, которые расчистили все вокруг, он вновь увидел Тень, и вновь она оказалась по правому борту, только на этот раз еще ближе, и двигалась сейчас подозрительно медленно. Белесая мгла. тумана легко просачивалась сквозь ее безликую голову, сейчас она опять обрела человечье обличье, только искаженное и постоянно меняющееся. Джед еще раз развернул судно в нужном направлении, уверенный, что те перь-то он наверняка загонет Врага в угол, но Тень вновь исчез-ла перед самым носом, и лодка Джеда неодиданно оказалась на отмели: она буквально врезалась в гравий, оставив глубокую борозду в грунте. От неожиданного удара Джеда чуть не выбросило за борт, но в последний момент он успел схватиться за мачту и удержался на ногах. Огромная штормовая волна обрушилась на утлое суденышко, так человек с размаху бросает раковину моллюска, чтобы разбить ее.

Крепким и надежным оказался посох, сделанный Огионом. Он не переломился надвое, а подобно мощному бревну, всплыл на поверхность и тем самым спас Джеда. Схватившись за посох, Джед боролся с откатывающейся назад волной, пытаясь добраться до мелководья. Захлебываясь соленой морской водой, Джед пытался плыть, из последних сил борясь со стихией. Когда прибыла очередная волна и подняла мага вверх, он смог заметить песчаный берег невдалеке. Держась за посох, он начал барахтаться, стараясь любым способом добраться до безопасного места. Но, несмотря на все усилия, он так и не продвинулся вперед. Волны, как тряпку, отбрасывали Джеда назад, а холодные воды, поднявшиеся из глубин, забирали последнее тепло его, последнюю энергию, и очень скоро Джед совершенно выбился из сил и не мог уже бороться за свою жизнь. Он не видел ни отмели, ни берега впереди. Вокруг была только непроницаемая толща воды. она была повсюду: сверху, снизу». Джед понял, что он тонет.

В этот момент отчаяния новая гигантская волна подхватила мага и, как щепку, выбросила его на песок.

Здесь и лежал он, сжимая обеими руками посох свой. Волны по-прежнему накатывали на берег, пытаясь утащить Джеда с собой в море, но бессильные осыпали его только мокрым песком и в гневе откатывались назад, тучи то сгущался, то рассеивались над его головой, пошел холодный дождь и оросил лицо мага, но Джед лежал неподвижно, как труп.

Прошло немало времени прежде чем Джед смог пошевелиться. Он встал на четвереньки и начал медленно отползать подальше от разбушевавшейся стихии. Была уже ночь, и кромешная тьма окутала все вокруг, но маг прошептал заклинания, и посох его стал излучать слабое сияние. Крепко сжав магический тисовый ствол, недавно спасший жизнь ему, он медленно начал карабкаться на соседнюю дюну, Джед был так изможден и так замерз, что этот простой маршрут среда мокрого, пропитанного морской солью песка при шуме волн показался ему самым великим и многотрудным деянием, которое когда-либо пришлось совершить ему. Вдруг Джеду почудилось, будто шум моря пропал вдали; мокрый песок стал сухим, как в пустыне, а застывшие звезда на небосводе испытующе смотрят на него, но он так и не смог поднять головы, чтобы увидеть их, и продолжал взбираться вверх, подул ветер и холодный дождь опять оросил лицо его.

Джед немного согрелся и когда он достиг вершины, то решил встать на ноги. Он произнес новое заклинание, и посох засиял еще ярче. Опираясь на тис. Джед двинулся дальше. Ему показалось, что он прошел около полумили. И тогда он вновь услышал шум морского прибоя, но на этот раз не сзади, а впереди, за вершиной соседней дюны: это был не остров, а песчаный риф посреди безжизненного океана.

Сил уже не было на отчаяние, только какой-то собачий лай, похожий на рыдание, вырвался из груда его, пока он так стоял изможденный, опираясь на сияющий посох. Наконец он собрался и поковылял теперь влево, так, чтобы ветер дул не в лицо, а в спину; в последней надежде своей Джед искал сейчас хоть какой-нибудь дыры, какого-нибудь углубления в песке наподобие грота, чтобы можно было укрыться на ночь. Джед вытянул вперед руку с сияющим посохом своим, чтобы осветить дорогу, и слабый отблеск замерцал впереди: насквозь пропитанная дождем деревянная стена предстала пред магом.

Это был сарай, причем таких маленьких размеров, будто выстроили его дети. Джед постучал в низкую дверь. Ему никто не ответил. Тогда он толкнул дверь плечом и вошел, согнувшись вдвое. Потолок был настолько низок, что ему так и пришлось остаться в полусогнутом состоянии. Раскаленные угли тлели в очаге и при этом освещения Джеду удалось различить человека с длинными белыми волосами, который в ужасе вжался в противоположную стену, другое существо, мужчина или женщина, разобрать было невозможно, испуганно смотрело на Джеда из-за кучи тряпья, валявшегося на полу. "Я не причиню вам зла," - успел прошептать Джед.

Ответа не последовало. Два существа только переглянулись между собой, и во взоре их застыл ужас. Когда Джед положил посох на землю, то тот, кто лежал на полу, еще глубже зарылся в тряпки, издав при этот непонятный звукю Тогда Джед снял с себя одежду, покрытую ледяной коркой и морской солью, а потом присел у огня. "Дайте мне во что переодеться", - сказал маг. Он дрожал и когда говорил, то у него не попадал зуб на зуб. На просьбу джеда откликнулся самый старый из двух. Старик подошел к лежанке и взял из общей кучи что-то вроде козлиной шкуры, которая когда-то, может быть, и была шкурой, но сейчас напоминала обыкновенную тряпку. Джед растерся насухо и спросил: "У вас есть дрова? Разведите огонь. Нужда заставила меня появиться здесь, но я не причиню вам зла",

Старик, не смея вздохнуть от страха, молча уставился на Джеда. "Вы понимаете меня? Вы говорите на Хардиге?" - Джед помолчал, а потом спросил вновь; "Может быть вы говорите на языке Каргад?"

При звуке знакомого слова старик отчаянно начал кивать головой, как марионетка, которую вдруг дернули за ниточку. Но так как Джед знал только это слово на языке Каргад, то разговор тем и кончился. Тогда он сам нашел вязанку дров, сваленную у проти-вопадожной стены, развел огонь и жестами показал, что хочет пить. Старик указал на огромную раковину, в которой была вода, и придвинул к огню другую посудину с копченой рыбой. Устроившись поуддобнее, Джед поел немного, затем утолил аажду и почувствовал, что силы вновь начали возвращаться к нему, и тогда он решил определить, куда же все-таки занесли его превратности Судьбы, даже при его скорости и с помощью магических ветров он никак не мог оказаться в Земле Каргад. Эти острова долкны лежать на востоке от Гонта и на западе от Карего-Ат. Было странным, что люди вообще оказались на этом песчаном рифе, затерянном посреди бескрайних просторов, может быть, они принадлежали к какой-нибудь проклятой касте? Но сейчас Джед чувствовал себя совершенно разбитым, чтобы забивать себе голову подобными загадками.

Слава богу, дорогой осскильский плащ, подбитый мехом, быстро высох, и Джед укутался в него, чтобы лечь спать прямо на полу у самого очага. "Доброй ночи, люди",- успел прошептать он, и как только голова его коснулась сухого песка, служившего полом в этой жалком жилище, он сразу же погрузился в тяжелый сон.

Три ночи пришлось провести Джеду на безымянном песчаном острове: на следующее утро он проснулся и почувствовал, что заболел. Как бревно, пролежал он на полу у очага весь день и всю следующую ночь. На утро Джед почувствовал себя лучше. Он вновь облачился в свою пропитанную морской солью одежду, поблизости даже не было источника, чтобы отстирать рубашку и штаны в пресной воде, и вышел на улицу, в серое ветреное утро, чтобы осмотреться и исследовать место, куда загнала его проклятая Тень.

Это была коса шириной в милю и приблизительно такого же размера в длину. Кругом видны были только камни и песок. Ни деревца, ни кустика вокруг. Хижина располагалась между дюнами, старик жил здесь вместе со старухой вдали от людей посреди открытого моря. Хижина представляла из себя некую кучу из различной древесины, которую выбрасывали каждый раз на берег океанские волны. Воду старики добывали из полуразвалившегося колодца, который был вырыт позади сарая; пищей им служила рыба и моллюски, свежие или вяленые на солнце, а также морские водоросли. Куча костей, крючки для рыбалки, иголки для шитья поначалу заставили Джеда предположить, будто здесь разводят коз, но рассмотрев все это повнимательнее он догадался: кость - это результат охоты на тюленя, а не плоды мирного скотоводства; и действительно тюлени часто появлялись в этих местах, чтобы выхаживать свое потомство. Позднее выяснилось: старик боялся мага и был уверен - перед ним призрак, а не человек. Существа эти настолько отвыкли от людей, что были уверены, будто кроме них никого не осталось на Земле.

Настороженность старика так и не уменьшилась со временем. Стоило Джеду подойти поближе, как отшельник тут же бросался наутек, и его грязные белые волосы развивались на ветру от скорого бега. Поначалу старуха тоже пряталась от Джеда за своей кучей тряпья, но когда он лежал в горячке на земляном полу, женщина все-таки решилась подойти поближе и долго стояла и смотрела на него, а потом принесла раковину с водой. Когда же Джед приподнялся, чтобы взять посудину, она так перепугалась, что даже выронила раковину из рук, потом старуха заплакала, села в углу и долго еще рыдала там, вытирая глаза своими длинными пепельного цвета волосами.

Теперь она наблюдала за Джедом, как он работал на берегу, сколачивая из остатков разбитой лодки новое судно. Это не было похоже ни на починку старого, ни на строительство нового корабля. Не хватало подручного материала и приходилось прибегать к магии. Но старуху интересовала не столько работа, сколько сам Джед, и она не отрываясь смотрела на мага тем же испытующим взглядом, которым уже раз посмотрела на него в хижине, когда он лежал больной на земляном полу. Время от времени она уходила, а потом вновь возвращалась и приносила свой бесценный дар: целую пригоршню ракушек мидий, собранных ею на прибрежных камнях. Джед ел их с жадностью и поглощал вместе с мясом моллюска соленый запах моря, а потом непременно благодарил старуху. Наконец, отшельница вернулась в хижину, но через некоторое время появилась на берегу с каким-то предметом, аккуратно завернутым в грязное тряпье. Не торопясь старуха стала разворачивать сверток при этом глядя Джеду прямо в глаза, а потом протянула руку и показала то, что было внутри. Джед увидел детскую распашонку из шелка, прошитую парчевой ниткой и украшенную жемчугом, рубашка. вся пожелтела от морской соли и времени. На маленьком лифе жемчужины были выточены в форме двойной стрелы Божественных Братьев Империи Каргад, увенчанныхя в стародавние времена королевской короной.

Грязная старуха в отребьях, лицо которой было все исперщено морщинами, указала на детскую распашонку, потом на себя и неожиданно улыбнулась какой-то светлой улыбкой невинного младенца. Откуда-то из складок своей одежда старуха извлекла еще один предмет и также протянула его Джеду. Это был кусочек темного металла, может быть, часть украшения, полукружие кольца. Джед смотрел на обломок к не мог уразуметь, что хотят от него. Старуха указала на сломанное кольцо и жестом дала понять, что это нужно взять; Джед отказывался поначалу, но женщина настояла на своем и успокоилась только тогда, когда увидела таинственный предмет в руках Джеда. Она радостно заулыбалась - явно ей очень хотелось сделать этот подарок. Но распашошу она вновь завернула в тряпье и заковыляла назад к хижине, чтобы там спрятать ее подальше от глаз людских.

Джеду стало жаль эту женщину: он бережно положил обломок кольца в карман своего плаща. Теперь он догадался кем могли быть эти двое; скорее всего они оказались последними отпрысками какого-нибудь древнего королевского рода империи Каргад и нынешний тиран, насильно захвативший власть, услал их сюда, на необитаемый остров, чтобы они либо выжили в этих неимоверно трудных условиях, либо погибли. Старик когда-то мог быть мальчишкой дет восьми-девяти, женщина - прекрасной принцессой в шелковой рубашечке, украшенной жемчугом; здесь они прожили сорок-пятьдесят лет в полном одиночестве среда голых камней, окруженные со всех сторон Океаном: принц и принцесса в Изгнании.

Но настоящую тайну о случившемся Джеду так и не суждено было узнать и только много лет спустя, когда он предпринял несравненный по своей трудности и дерзости поход за Кольцом Эррет-Акбе, который привел его в Земли Каргад и к Могильникам Атуан, только тогда вся тайна кольца открылась ецу в полном величии своем.

Третья ночь, проведенная на острове, тихо и незаметно перешла в серый рассвет следующего дня. Это был праздник Возвращения Солнца, самый короткий день в году. Маленькая лодка наполовину собранная из дерева, а наполовину из магических заклинаний, уже была готова к плавалинию. Джед пытался объяснить старикам, что он хочет взять их с собой и доставить на Гонт, Спеви или Торикл; он дажее может переправить их на какой-нибудь отдаленный остров Земли Карего-Ат, хотя входить в вода Империи для гонтца было небезопасно, но отшельники отказались покинуть свое убежище. Старуха просто не поняла в чем дело, а старик понял все, но другие земли в его сознании ассоциировались только с детскими кошмарами, где вопли и стоны умирающих перемежились с видом и запахом крови. Джед увидел на мгновение все это во вспыхнувшем взгляде старика, и не стал настаивать, а тот все мотал и мотал головой, как сумасшедший, который не на шутку испугался чего-то.

Итак, Джед налил меха из тюленьей шкуры пресной водой и, не имея возможности отблагодарить по-настоящему стариков за их тепло и еду, решил сотворить то, что и мог сотворить маг его уровня: на месте колодца забил неожиданно мощный источник с настоя-щей ключевой водой, вкус которой известен только на острове Гонт где-нибудь высоко в горах. Источник этот бил вечно, не иссякая. В честь него и дали моряки имя острову; Чистая Вода. Ветхая же лачужка была смыта со временем штормами и ненастьями Северного Моря, и на земле не осталось и следа от двух одиноких жизней, что когда-то зацепились здесь своими слабыми корешками за песчаную почву осиротелой суши.

Старики даже не вышли проводить Джеда и сразу же скрылись в доме, как только он ступил в лодку.

Теперь все путешествие казалось Дкеду каким-то страшным и необнчным. Он знал, что он - охотник, но за кем охотится он, неведомо ему было. Не знал Джед и того, где находится его Враг: вся Землимория могла стать теперь прибежищем Тени. Уповая на случай, Джед все-таки решил продолжать преследование. В этой игре оба соперника оказались наполовину слепы; Тень не видела днем, а маг – ночью. Но в одном Джед был полностью уверен: сейчас он стал действительно охотником, теперь он преследовал Врага, а не убегал от него в страхе. Враг обманул его и послал на рифы, и пока ,Джед полумертвый лежал на берегу Он вполне мог напасть на него, но Он скрылся, не использовав свой шанс. Видно Тень была не в силах встретиться с магом в открытом бою. Огион оказался прав: Тень не осмелилась противостоять его силе, как только он сам решил преследовать ее. Следовательно, единственное, что ему оставалось - это продолжать преследование в студеных Морях Землимории, не имея при этом ни точных ориентиров, ни полного знания о местонахождении Врага - только добрый случаи и попутный ветер могли помочь ему, да еще смутное предчувствие, которое указывало Джеду путь то на Юг, то на Восток в этих бескрайних просторах.

Перед наступлением ночи слева по курсу Джед увидел неясную полоску берега, скорее всего это был остров Карего-Ат. Получалось так, что Джед оказался на излюбленном морском пути бледнолицего пиратского племени. Теперь он стал особенно внимателен и пристально вглядывался вдаль, пытаясь различить хоть какое-то судно каргов и сейчас, покачиваясь на волнах, ставших красными в лучах заходящего солнца, Джед вновь вспомнил все, что случилось с ним когда-то в родной "Ольховке": отряд воинов, шлемы ко-торнх были украшены плюмажем, спаленный дом дубильщика и густой, непроницаемый туман вокруг. И вдруг воспоминания ясно указали ему на то, что Тень его использовала тот же трюк: она наслала туман, как когда-то это сделал сам Джед, и бросила мага на рифы. Собственная гордость обернулась теперь глупостью, чуть не стоившей Джеду жизни.

Он продолжал держать курс на Юго-Восток, и враждебная земля каргов скоро исчезла из виду День Возвращения Солнца Джед решилл встретить песней из "Деяний Юного Короля". Именно эти ска-зания и пели повсюду в Землимории на великий праздник. Голос Джеда был чист и звучал особенно громко и ясно В этом великом безмолвии. Звезды высыпали на небе и стали радостно освещать дорогу Джед бодрствовал в течение всей этой самой долгой ночи в году, наблюдая за звездами, которые, казалось, зажигались на небосклоне слева от него, а потом, подобно кометам, проносились по небу вправо, клонились к горизонту и исчезали в кромешной тьме, Сон одолевал Джеда всего на несколько мгновений, но он каждый раз вновь пробуждался и продолжал свой путь. Лодка, на которой ему пришлось сечас плыть, в действительности таковой не являлась; скорее всего это была странная комбинация из заклинаний, колдовских чар и обломков, выброшенных штормовой волной после кораблекрушения, поэтому, как только магическая сила утратила бы свое воздействие, Джед мог бы вновь оказаться в воде, а рядом с ним плавали бы куски бесформенного дерева. Сам парус был сплетен не из прочной материи, а из ветра и магии, и парусом он мог оста-ваться ровно столько, сколько продолжалось действие колдовских чар. Сила магии была огромной, но она нуждалась в обновлении, а это требовало и внимания и энергии, поэтому всю ночь Джеду так и не пришлось сомкнуть глаз. Конечно же маг мог передвигаться намного быстрее, прими он обличие Сокола или Дельфина, но Огион отсоветовал делать это, а Джед уже познал на себе всю значимость наставлений Учителя. Ему ничего не оставалось, как терпеть и пробираться на Юг в мерцании горящих на Западе звезд, а бесконечная ночь казалась вечностью и поэтому свет первого дня Нового Года, неожиданно осветивший море, показался Джеду настоящим чудом.

Как только солнечный луч рассеял тьму, Джед увидел впереди землю, но быстро подплыть к ней он так и не смог. С восходом солнца наступил штиль. Тогда Джеду пришлось прибегнуть к маги-ческому ветру, и лодка прибавила скорость. Но чем ближе подплывал Джед к берегу, тем все больший страх завладевал его душой, тот самый страх, который не давал ему покоя все эти годы, который гнал его по необъятным просторам Землимории. Но сейчас страх указывал Джеду, как охотнику, что Тень близко, что она, подобно медведю, залегла где-то рядом и готова в любую минуту напасть на преследователя. Джед понял - он выбрал единственно верный путь, и враг теперь ждет его.

Земля, к которой приближался сейчас маг, являла собой довольно странное зрелище. То, что издали могло показаться цельный хребтом, вблизи предстало в виде нескольких горных массивов, разделенных между собой каналами. Еще в Башне Учителя Имени Джед провел немало времени над изучением различных карт, но карты описывали в основном земли Архипелага, длинный рельеф был Джеду совершенно незнаком. Следовательно, он достиг Восточного Побережья, Неведомой Земли, о существовании которой ходили только нелепые слухи. Сейчас Джед не придал этому особого значения. Страх, который вел его вперед и который ждал его повсюду, спрятавшись у любого склона, в любом лесу острова, отгонял все ос-тальные мысли, властно требуя одного - следовать по намеченному пути.

Теперь мрачные холмы, покрыые непроходимой лесной часщей, нависли над самой головой Джеда, волны, ударяясь о скалистые берега, рассыпались могучим фонтаном брызг, который бил мощной струёй в магический парус, толкая лодку все дальше вглубь острова по узкому проливу между двумя скалами. Море оставалось беспокойным даже в глубине острова, Здесь негде было причалить: кругом крутые горные склоны, и вода казалась еще черней - мрачные вершины отражались в ней, как в зеркале. Ни ветерка, ни звука вокруг.

Тень уже раз заманила Джеда в торфяные болота на острове Осскил, а потом в тумане оросила на прибрежные скала, что сейчас ожидать от ее коварства? Он ли преследовал Врага или Враг опять заманил мага в ловушку? Джед не знал ответа. Но он знал только одно - во чтобы то ни стало ему следует двигаться вперед и делать то, что предначертано свыше: надо было загнать Зло в угол, туда, откуда оно и вышло. Напряжение нарастало. Сейчас Джед был предельно внимателен: он не отрываясь смотрел вперед. Свет нового дня остался далеко позадич, там где царствовало бескрайнее море. Здесь же все было окутано мраком. Когда он оглянулся, то вход в узкий пролив показался ему сейчас широкими Воротами, ярко освещенными солнцем. Вершины холмов по мере продвижения вглубь поднимались все выше и ваше, а пролив между рек становился все уже. Он все пристальнее вглядывался вперед, озираясь иногда по сторонами и везде взору его открывалась одна и та же картина: вершины гор, покрытые лесной чащей и могучие стволы деревьев со спутанными корнями, которые, казалось, повисли в воздухе. Ни одного движения вокруг. Теперь он приближался к самому концу заводи, представлявшей из себя сплошную груду омытых водами камней, о которие плескалась уже совершенно обессиленная морская волна. Гигантские валуны, гниющие в воде деревья и спутанные корни тех из них, которые еще не упали в море и по-прежнему цеплялись за каменистую почву - все это нагромождение оставляло очень узкий проход, почти непригодный для маневра лодки. Вот она ловушка у подножья мрачной горы, готовой в любую минуту обрушить на голову мага груду камней. И Джед сам приплыл сюда, влекомый неведомой силой. Все здесь было мертво, неподвижно. Дальше плыть некуда. Он начал разворачивать лодку, произнося магические заклинания, пытаясь избежать малейшего соприкосновения корпуса с каким-нибудь из рядом лежащих валунов или подводных рифов, наконец, маневр удался, и Джед собрался уже было наслать слабый магический ветер и двинуться назад к открытому морю, как слова заклятия буквально застыли у него на устах, и холод охватил сердце и душу. Джед посмотрел назад через левое плечо. Тень стояла позади в его лодке, на самой корме.

Если бы он растерялся хотя бн на мгновение - ему бы не выжить; но в душе Джед был готов к встрече и развернувшись всем телом бросился на Врага, пытаясь схватить эту бесформенную массу рукой. Никакая магия не могла спасти его, только физическая сила и заключенная в его теле жизненная энергия давали хоть какую-то надежду на успех в этом поединке. Молча Джед атаковал Врага и от его неожиданного движения лодка начала сильно раскачиваться на волнах. Боль сначала пронзила руки, потом обошла грудь, у него перехватило дыхание, и ледяной холод наполнил все существо его, На секунду Джед потерял зрение; а руки, которые было схватили Тень, оказались в пустоте.

Джед в отчаянии кинулся вперед всем телом и, чтобы сохранить равновесие и не упасть, успел в последний момент схватиться за мачту - яркий свет озарил все вокруг. Он увидел, как Тень ускользнула от него, пронеслась над его головой, над парусом лодки и, превратившись в дым, понеслась вместе с ветром к открытому морю.

От неожиданности Джед упал на колени. Лодка опять закачалась на волнах, готовая в любую минуту расколоться на куски. С трудом Джед перевел дыхание, постепенно пришел в себя и ощутил, как холодная вода просочилась сквозь пальцы, будто предупреждая его, что чары слабеют, и что лодка в любую минуту может превратиться в обломки. Он встал, держась за посох, который был сейчас мачтой, и начал творить магические заклинания, чтобы удержать судно на плаву. Джед продолжал дрожать от холода, руки ныли от боли и, казалось, в нем уже не осталось жизненных сил. Сейчас ему вдруг захотелось одного лечь на дно своей лодки в этом темном месте, где море и горы образовали нечто единое, и заснуть беспробудным сном, мирно покачиваясь на слабой волне.

Джед не мог сказать в точности - слабость эта была следствием чар, которые наложила на него Тень, когда коснулась его, или он просто смертельно устал после бессонной голодной ночи, но, несмотря ни на что, он продолжал бороться, принуждая себя вновь сотворять легкий магический ветер, чтобы выбраться, наконец, в открытое море.

И ужас, и радость погони уже не волновали Джеда. Охота кончилась. В третий раз встретился он с Тенью и по своей воле напал на нее, пытаясь задушить собственными руками, растопить этот леденящий душу холод живительным теплом своих рук. И Джеду удалось на какое-то мгновение удержать Тень в своих руках, но он совершенно забыл о той невиданой цели, которая навечно сковала их. Охота теперь казалась бессмысленной. Напрасный труд - гнать Тень на край света, преследовать ее повсюду; она, как привязанная, опять вернется, она давно стала частью его самого. Тень и человек обречены были теперь следовать друг за другом и бегство для каждого стало невозможным. Когда Сама Судьба орпеделит место и время их последней встречи, тогда им останется только одно - встретиться лицом к лицу в последний раз и вместе погибнуть. Но до этого времени Джед обречен был странствовать по миру, не находя покоя в душе своей. Теперь он знал твердо, и знание это только умножало печаль его; поймать и уничтожить Тень нельзя.

Наконец он вышел на открытый простор, и море ярко заиграло в лучах солнца, с севера подул легкий ветерок. Джед выпил остатки воды и решил обогнуть утес с Запада. Очень скоро он очутился между двумя островами. Только тогда он вспомнил название здешних мест: Руки было имя этим скалистым берегам, и они простирались вплоть до самой земли Карга. Джед продолжал плыть между островами и как только погода испортилась и тучи сгустились, он решил причалить к Западному берегу. Здесь была маленькая деревушка, прилепившаяся к каменистому склону и Джед понял, что тут он и сможет пополнить запасы воды обогреться и поспать.

Жители были людьми грубоватыми и застенчивыми, но они с почтением отнеслись к посоху мага, а законы гостеприимства не позволяли им прогнать того, кто пришел один морем да еще накануне сильного шторма. Пищу и воду Джед получил в изобилии, но этим щедрость людей не ограничилась. Тепло очага, мягкие звуки родного Хардига, человеческая речь, удобная постель и горячая вода, смывшая соль морей с одежды и тела - все это окончательно растопило лед в душе мага.